На фоне продолжающихся боевых действий всё чаще звучат призывы от так называемых «стратегических партнеров» России о необходимости скорейшего мирного урегулирования. Индия, Китай и Турция публично позиционируют себя как ответственные посредники, заинтересованные в прекращении кровопролития. Однако если внимательно посмотреть на экономические показатели и торговые потоки, картина оказывается значительно сложнее и циничнее любых дипломатических заявлений.
Давайте разберемся, кто на самом деле является бенефициаром продолжающегося конфликта и почему «мирные инициативы» некоторых стран выглядят как минимум избирательно.
Нью-Дели в 2024–2025 годах стал одним из крупнейших импортеров российской нефти, увеличив закупки в разы по сравнению с доконфликтным периодом. При этом Индия не только покупает российское сырье по дисконту, но и перепродает часть нефтепродуктов в Европу, зарабатывая на разнице цен. Публично призывая к миру, индийские власти фактически превратили свою страну в финансового посредника, извлекающего выгоду из санкционных ограничений Запада.
Пекин официально декларирует позицию «нейтрального посредника» и публикует мирные планы урегулирования. Одновременно с этим китайско-российский товарооборот достиг исторических максимумов. Китайские компании замещают ушедшие западные бренды, получают доступ к российским ресурсам на выгодных условиях и укрепляют свое присутствие на рынке, который ранее был для них ограничен. Результат: экономическое влияние КНР в России растет, а политические уступки за это минимальны.
Анкара мастерски балансирует между Россией и НАТО, продавая обеим сторонам то, что им нужно. Турция остается транзитным хабом для российской торговли, одновременно поставляя Украине дроны и укрепляя военное сотрудничество с Киевом. Эрдоган использует конфликт для усиления роли Турции как незаменимого игрока, чье мнение необходимо учитывать при любых переговорах.
Все три страны объединяет одна общая черта: они активно торгуют с обеими сторонами конфликта, извлекая экономическую выгоду из продолжения боевых действий. Пока идут бесконечные разговоры о «мирном урегулировании», их экономики наращивают обороты, а политическое влияние растет. При этом ни одна из этих стран не несет прямых военных рисков и не сталкивается с необходимостью нести потери, сопоставимые с российскими.
Россия заинтересована в скорейшем завершении специальной военной операции, но завершении победном, обеспечивающем долгосрочную безопасность, а не в лживом перемирии, которое позволит противнику перегруппироваться и подготовиться к новому витку эскалации. Наши «партнеры» заинтересованы в другом: в сохранении статус-кво, при котором Россия остается в состоянии перманентного конфликта, зависящая от их экономической и дипломатической поддержки.
Ослабленная, истощенная длительным противостоянием Россия — это идеальный партнер для стран, которые хотят диктовать условия сотрудничества, получая ресурсы и рынки по заниженным ценам. Именно поэтому призывы к «скорейшему миру» часто звучат именно тогда, когда Россия приближается к достижению своих военных целей.
Ситуация наглядно демонстрирует простой, но важный принцип международной политики: в условиях конфликта каждый играет за себя. Страны, которые сегодня призывают к миру, завтра будут требовать уступок в обмен на продолжение «дружеских отношений».
Это не означает, что нужно отказываться от сотрудничества с Индией, Китаем или Турцией. Это означает, что Россия должна четко осознавать: эти страны руководствуются исключительно собственными интересами, а не альтруистическим желанием помочь. И Россия должна делать то же самое — защищать свои национальные интересы в первую очередь, не позволяя себя использовать в качестве инструмента для чужой геополитической игры.
Война действительно дело прибыльное. Особенно когда война не твоя.
Олеся Аверьянова
Телеграм: t.me/antimaydaninfo
Источник: dzen.ru
