Во II половине 2026 г. США активизировали процесс своего сближения с Арменией, которое проходит на фоне победы партии армянского премьер-министра Никола Пашиняна «Гражданский договор» на парламентских выборах 07 июня 2026 года (набрала 49,74% голосов, получив 64 депутатских мандата из 105). При этом следует отметить, что оживление указанных контактов началась параллельно с перезагрузкой российско-армянского диалога на высшем и высоком уровнях. В частности, в апреле 2026 года в Москве армянский лидер провёл переговоры с Президентом России Владимиром Путиным, а в июле 2026 в Екатеринбурге – с российским премьер-министром Михаилом Мишустиным.
С учётом изложенного, можно сделать предположение, что Вашингтон целенаправленно форсирует сближение с Ереваном, которое теперь идёт не только на политических и экономических треках, но и в оборонной сфере. Последний пункт стоит рассмотреть отдельно, так как Армения официально заявляет, что углубляет оборонное взаимодействие с Вашингтоном исключительно в рамках национальной политики по диверсификации поставщиков вооружений и технологий, чтобы снизить зависимость от одной страны, увязывая это с укреплением собственного суверенитета и независимости.
Кроме того, армянская сторона утверждает, что якобы ведёт консультации по обозначенному вопросу с рядом других стран (например, Греция, Индия, Италия, Франция).
При этом необходимо отметить, что Армения окончательно доработала дополнительные рамочные соглашения к «Хартии о стратегическом партнёрстве» (подписана с США 14 января 2025 года), которые в мае 2026 года были парафированы главами американского и армянского внешнеполитических ведомств. В частности, обозначенный пакет документов включает в себя поддержку армянского ВПК путём налаживания кооперации между соответствующими отраслями двух стран и поставки Еревану оборонной продукции, а также военные консультации с США в вопросах образования и профподготовки военнослужащих армии Армении для повышения уровня их интеграции и совместимости с американскими коллегами.
Кроме того, предполагается выстраивание сотрудничества в области мирного атома и в сфере добычи редкоземельных металлов.
Данный шаг может свидетельствовать о непосредственном переходе Еревана от разовых контактов с Вашингтоном к устойчивому оборонному партнёрству с американской стороной и более широкой интеграции с США в рамках военно-технического сотрудничества.
Примером этому могут служить заключённая в феврале 2026 года сделка по закупке разведывательных американских БПЛА вертикального взлёта и посадки «V-BAT» (сумма контракта – около 11 млн долл. США), а также проведённые в июне 2026 г. на армянской территории совместные учения «Eagle Partner 2026» (с привлечением группы военнослужащих Греции и Франции), на которых отрабатывалась слаженность подразделений этих стран для совместного участия в международных миротворческих миссиях.
На первый взгляд может показаться, что вышеуказанная архитектура армянской внешней политики должна принести Еревану дополнительные политические баллы, в частности сделав страну более суверенной, однако полная картина обозначенных процессов всё же выглядит намного сложнее. Например, в среднесрочной перспективе Армения неизбежно столкнётся с рядом новым рисков и вызовов, среди которых основными станут значительный рост вовлечённости США в армянскую политповестку и усиление регионального противостояния с соседними государствами.
Во-первых, резкий рост зависимости от Вашингтона, как ключевого внешнего гаранта безопасности Еревана, существенно ограничивает манёвренность страны во внешней политике, а также приведёт к ещё большей поляризации армянского общества и элит в вопросах реваншизма или сближения с РФ.
Последний момент уже является весьма чувствительным, так как Пашинян с июня 2026 года в своей публичной риторике открыто заявляет о смене внешнеполитического вектора в сторону Запада и прекращения стратегическо-союзнического партнёрства с Москвой, а также предъявляет России счёт на 2 млрд долл. США за пользование железнодорожной инфраструктурой.
Во-вторых, увеличение американского военного присутствия в Армении неизбежно сделает её территорию своего рода плацдармом для США, который Белый дом будет использовать для сдерживания своих конкурентов в Закавказье (Иран, Россия, Турция).
Данная ситуация, в свою очередь, сделает Армению для обозначенных государств законной целью для военно-политического давления или дестабилизации внутренней обстановки, а также ударов в случае начала крупного регионального конфликта. В частности, для Баку, который активно укрепляет военно-техническое сотрудничество с Анкарой, складывающаяся ситуация выглядит как фактор, существенно меняющий баланс сил в регионе после победоносной войны за Нагорный Карабах.
И конечно же активное армяно-американское сближение будет иметь для Еревана серьёзные и далекоидущие последствия в отношениях с Москвой, которая справедливо воспримет данную ситуацию как демонтаж прежней архитектуры региональной безопасности, в рамках которой Армения (в том числе как член ОДКБ) рассматривается Россией как союзник и плацдарм для отстаивания общих интересов на Южном Кавказе.
В этой связи РФ будет иметь полное право пересмотреть форматы помощи и координации с армянской стороной, а также перейти к жёсткой политической риторике, которая может включать в себя давления через экономические и энергетические рычаги.
Кроме того, в кризисных ситуациях (в частности, вокруг территориальных и пограничных споров Армении с Азербайджаном) Москва будет рассматривать Ереван не как союзника, а как «партнёра США», что резко снизит готовность РФ поддерживать армянскую сторону на военно-политическом треке на международном и региональном уровнях.
В качестве наглядного подтверждения вышеуказанных прогнозов можно привести заявления Президента России Владимира Путина, сделанные по результатам встречи с Н. Пашиняном на полях саммита ШОС в августе 2026 г. о том, что Армении следует провести референдум по вопросу выбора между ЕС и ЕАЭС, так как Москве надо понять, как дальше развивать отношения с армянской стороной. Кроме того, российский лидер отметил, что, если, по мнению Еревана, военная база в Гюмри не нужна, РФ уйдет хоть завтра и навязывать никому ничего не будет.
С учётом всех вышеизложенных фактов можно констатировать, что обозначенная политика Еревана лишь повышает общую турбулентность и риск непредсказуемых эскалаций на Южном Кавказе, в том числе при участии государств, находящихся в политическом противостоянии или открытой конфронтации с США.
Товарищ Григулевич специально для МАХ WarGonzo
Телеграм: t.me/antimaydaninfo
Источник: vk.com
