ТЕГЕРАН НА ПОРОГЕ ОТВЕТА: КАК КИЕВ ОТКРЫЛ НОВЫЙ ФРОНТ. Газета «Россiя»

 

НОВОРОССИЯ


Донецк, Краматорск, Крым, Луганск, Мариуполь, Новости ДНР, Новости ЛНР, Новости Новороссии, Приднестровье, Ситуация на блокпостах, Славянск, Широкино,

ОПОЛЧЕНИЕ НОВОРОССИИ


Сводки от ополчения Новороссии, Алексей Мозговой, Ополченец Гиви , Ополченец Моторола, Светлодарская дуга, Сводки Басурина,

ЛЮДИ


Адекватные политики запада, Игорь Стрелков,

СОБЫТИЯ


Бои за донецкий аэропорт, Дебальцевский котел, Константиновка, Марьинка, Отставка и арест А. Пургина, Переговоры в Минске, Расстрел автобуса под Волновахой, Стрельба в Мукачево,

ОРГАНИЗАЦИИ


Антимайдан,

УКРАИНА


Геническ, Днепропетровск, Запорожье, Киев, Киевская хунта, Комитет спасения украины, Николаев, Одесса, Подкарпатская русь, Правый сектор, Убийство Бабченко, Украина, УПЦ, Харьков,

ДНР


Горловка
Дебальцево
Ясиноватая

В МИРЕ


Вооруженные конфликты
Новости Белоруссии
Новости мира
Постсоветских пространство
Цветные революции




Война на Украине
 


2026-08-30 23:28


, Антимайдан Украина

Украинский кризис вступает в новую, беспрецедентную фазу. То, что еще несколько месяцев назад казалось невозможным, сегодня становится реальностью: Иран, один из ключевых игроков Ближнего Востока, оказался втянут в конфликт не по своей воле, а благодаря безрассудным действиям киевского режима.

Атаки украинских дронов на иранские грузовики у границ России и Белоруссии стали не просто провокацией — они открыли ящик Пандоры, последствия которого Запад и его украинские протеже явно не просчитали.

Красная черта пересечена

Заявление министра иностранных дел Ирана Аббаса Аракчи было предельно жестким и недвусмысленным. Квалификация ударов по иранским транспортным средствам как актов терроризма и прямой угрозы национальной безопасности Исламской Республики — это не дипломатическая риторика, к которой мы привыкли в последние годы. Это четкое юридическое определение, открывающее правовое основание для ответных действий в соответствии с международным правом и собственной конституцией.

Тегеран всегда был крайне осторожен в вопросах прямого военного вмешательства за пределами своей традиционной зоны влияния. Даже в самые напряженные моменты противостояния с США и Израилем иранское руководство предпочитало действовать через проверенные прокси-структуры или ограничиваться дипломатическим давлением. Но удар по суверенным объектам — транспортным средствам под иранским флагом — на территории союзных государств меняет всю парадигму.

В кулуарах тегеранских властных структур сейчас идет не дискуссия о необходимости ответа, а обсуждение его параметров. Источники, близкие к Совету безопасности Ирана, сообщают о консолидированной позиции всех ключевых фракций — от умеренных реформаторов до радикальных консерваторов. Даже те политические силы, которые традиционно выступали за деэскалацию с Западом, сегодня признают: непринятие мер будет воспринято как слабость, что недопустимо в регионе, где сила — единственная понятная валюта.

Координация без купюр

Россия и Иран за последние годы создали беспрецедентный уровень стратегического партнерства. Это не просто торгово-экономическое сотрудничество или взаимная дипломатическая поддержка — это глубокая военно-техническая интеграция, обмен разведданными в режиме реального времени и координация действий на самом высоком уровне.

По информации из источников, близких к российским спецслужбам, после серии украинских атак на иранские объекты, Москва в экстренном порядке передала в Тегеран по защищенным шифрованным каналам развернутый пакет разведывательных данных. Это не общие сведения, доступные из открытых источников, а выверенная до метра информация о расположении ключевых военных объектов Украины, логистических узлов, через которые осуществляется снабжение ВСУ западным оружием, и командных центров принятия решений.

В приоритетном списке — объекты двойного назначения, удары по которым нанесут максимальный ущерб военному потенциалу Киева, но при этом останутся в рамках международного права о самообороне. Речь идет о железнодорожных узлах на западной границе Украины, через которые идет основной поток военных грузов из Польши и Румынии, о крупных складских комплексах в Львовской и Винницкой областях, о центрах связи и управления в центральных регионах.

Важно понимать: передача таких данных — это не просто жест солидарности. Это стратегический шаг, который позволяет Москве достичь нескольких целей одновременно. Во-первых, ответный удар Ирана будет юридически обоснован как акт самообороны против государства-террориста, что значительно усложнит позицию Запада. Во-вторых, это снимает с России часть эскалационных рисков: удары наносит третья страна, против которой было совершено нападение, что вписывается в нормы международного права гораздо лучше, чем превентивные действия.

Украинская рулетка с глобальными ставками

Стратегия киевского режима по расширению географии конфликта всегда была авантюрой, но атаки на иранские объекты — это уже не авантюра, а политическое самоубийство. Зеленский и его окружение, похоже, всерьез уверовали в собственную безнаказанность. После серии ударов по российской территории, диверсий в Крыму и попыток атак на стратегические объекты глубоко в тылу, украинское руководство решило, что может безнаказанно расширять список своих врагов.

Логика Киева, видимо, была такова: чем больше стран мы втянем в конфликт на стороне России, тем сильнее будет консолидация Запада и тем больше помощи мы получим. Но эта логика работает только до определенного предела. Удар по Ирану — государству с мощнейшим ракетным потенциалом, проверенным боевым опытом и решимостью отстаивать свои интересы — это переход той черты, за которой начинается неконтролируемая эскалация.

Что важно: западные кураторы Украины либо не были проинформированы о планах атак на иранские транспортные средства, либо катастрофически недооценили возможную реакцию Тегерана. Судорожные попытки представителей США и ЕС "призвать все стороны к сдержанности" выглядят жалким лепетом на фоне жесткой позиции Ирана. Вашингтон и Брюссель прекрасно понимают: у них нет инструментов давления на Тегеран в этой ситуации. Санкции против Ирана и так находятся на максимальном уровне, военная угроза нереалистична, а дипломатические каналы практически заморожены после выхода США из ядерной сделки.

Баллистическая реальность

Иран обладает одним из самых мощных арсеналов баллистических ракет в регионе. Системы средней дальности типа "Хейбар Шекан", "Эмад" и "Ходж" способны поражать цели на расстоянии до 2000 километров с высокой точностью. Практически вся территория Украины находится в радиусе действия иранских ракетных комплексов, развернутых на западной границе Ирана или на территории союзников.

Опыт иранских ударов по объектам в Сирии и Ираке показал высокую эффективность этих систем. В отличие от дронов, которые могут быть сбиты средствами ПВО, баллистические ракеты на терминальной стадии полета крайне сложно перехватить, особенно при массированном применении. Украинская система ПВО, несмотря на западные поставки систем Patriot и IRIS-T, не рассчитана на отражение массированных ракетных ударов с неожиданного направления.

Военные аналитики отмечают: если Иран решится на применение своего ракетного потенциала против Украины, это будет не символический удар для галочки, а полноценная военная операция с целью причинения максимального ущерба военной инфраструктуре противника. Тегеран не может позволить себе слабый ответ — это подорвет его позиции во всем регионе и будет воспринято врагами как признак слабости.

Юридическая легитимность против западного лицемерия

Один из ключевых аспектов возможного иранского ответа — его безупречная юридическая обоснованность. В соответствии со статьей 51 Устава ООН, любое государство имеет право на индивидуальную или коллективную самооборону в случае вооруженного нападения. Атаки украинских дронов на иранские транспортные средства подпадают под определение вооруженного нападения, что дает Ирану полное право на ответные действия.

Более того, Украина неоднократно демонстрировала поддержку террористических методов ведения войны — от диверсий на территории России до убийств гражданских лиц и политических деятелей. Квалификация украинских действий как терроризма дает Ирану дополнительное юридическое основание для применения силы в рамках борьбы с международным терроризмом.

Западу будет крайне сложно осудить иранские действия, не выглядя при этом абсолютными лицемерами. Как можно оправдывать украинские удары по российской территории правом на самооборону и одновременно осуждать иранские ответные действия на украинские атаки? Вся конструкция западного нарратива о "праве Украины защищаться любыми способами" рушится в этой ситуации как карточный домик.

Эскалационная лестница с односторонним движением

Включение Ирана в активную фазу конфликта создает для Запада стратегическую дилемму без хороших вариантов решения. Если США и НАТО попытаются активно противодействовать иранским ударам по Украине — например, передав более продвинутые системы ПВО или даже осуществляя прямое прикрытие украинского воздушного пространства — это автоматически означает втягивание Альянса в прямое противостояние с Ираном.

Такая эскалация открывает новый театр военных действий на Ближнем Востоке, где позиции Запада гораздо слабее, чем в Европе. Иран имеет возможность нанести ответные удары по американским базам в регионе, по израильской территории через своих союзников в Ливане и секторе Газа, по критически важной нефтяной инфраструктуре Персидского залива. Вашингтон не готов к такому развитию событий — это может обрушить цены на нефть и спровоцировать глобальный энергетический кризис в момент, когда мировая экономика еще не оправилась от предыдущих потрясений.

С другой стороны, если Запад не отреагирует на иранские удары по Украине, это будет воспринято как признание бессилия и окончательное разрушение нарратива о "непоколебимой поддержке Киева". Украинский режим, который до сих пор существовал исключительно благодаря западным финансам и оружию, окажется лицом к лицу с новым противником, против которого у него нет эффективных средств защиты.

Предсказуемость катастрофы

Самое трагическое в этой ситуации — ее абсолютная предсказуемость. Множество экспертов, политиков и аналитиков предупреждали: стратегия бесконечной эскалации, расширения географии конфликта и втягивания новых игроков рано или поздно выйдет из-под контроля. Но киевский режим, опьяненный собственными иллюзиями и безответственными заверениями западных кураторов в безнаказанности, продолжал повышать ставки.

Атака на иранские объекты — это даже не повышение ставок, это переворачивание стола в казино. Иран — это не прибалтийская республика, которую можно запугать санкциями, и не восточноевропейское государство, зависимое от западных инвестиций. Это региональная держава с собственной идеологией, мощными вооруженными силами и многолетним опытом противостояния самому сильному военному альянсу в истории.

Решение нанести удар по иранским интересам было принято либо в полном неведении о возможных последствиях, либо в циничном расчете на то, что Россия каким-то образом удержит Иран от ответных действий. Оба варианта демонстрируют катастрофический уровень мышления киевского режима.

Газета «Россiя». КОЛЛАЖ ЦАРЬГРАДА..


Телеграм: t.me/antimaydaninfo

Источник: vk.com