Новости похожи на предыдущие дни, и некоторым изменением является только теракт в Москве. В связи с этим вопрос: стоит ли ожидать расширения полузучей диверсионной войны, усиления ударов беспилотниками, которые, кстати, выдерживают обе стороны, а люди при этом продолжают жить как ни в чём не бывало? В Белгороде к этому привыкли, наверняка и жители Украины реагируют на происходящее аналогично. Чего стоит ожидать в стратегиях сторон?
На мой взгляд, за последнюю неделю произошло одно малозаметное, но внутренне сильное и серьёзное изменение. В риторике, которую обычно использует Россия в отношении будущего войны, до этого всегда присутствовала надежда на завершение войны в рамках переговоров. В эту неделю я впервые услышал, что цель нового воздушного наступления России - привести Украину к принципиальной невозможности продолжать войну, к её капитуляции. Наконец, хотя и достаточно общо, сформулированы цели. Они звучат следующим образом: присоединение к России исконно русских территорий (что можно рассматривать как практически любые территории Украины) при сохранении Украины как государства. Это тоже было сказано. Причём создавалось ощущение, что сохранение Украины как государства - не позитивная часть со стороны России («мы не готовы её уничтожить, мы её принимаем»), а скорее вариант: мы берём нужные нам территории, а хаос на остальных пусть расхлёбывает ЕС. Впервые это изложено в жёсткой форме.
Дальше надо смотреть на текущую ситуацию. Преимущество в воздухе и инициатива чётко российская. Идут непрерывные удары по Киеву, Одессе, Николаеву. Практически прекращён подвоз. Львов перестал быть безопасным тыловым городом, через который можно свободно вести те или иные грузы. Но самое существенное не в этом, а в жёстком заявлении: цель ударов - сделать для Украины не нежелательным, а именно невозможным продолжение войны. Фактически мы начали войну по доктрине Дуэ в логике приведения противника к капитуляции. Основным ударным средством станут не дроны, а баллистические ракеты с достаточно большой боевой частью. В случае капитуляции Украины Запад остановится на этом рубеже. Изменение риторики и характера ударов говорит о том, что по крайней мере (что будет в реальности, не знает никто, включая сам Запад) по расчётам Министерства обороны и МИДа Запад к войне не готов и остановится. Поэтому воздушное наступление идёт без оглядки на позицию Запада.
На Западе есть интересные сигналы. Например, недавно внук Пьера де Голля, того самого, приезжал в Россию с женой и заявлял, что хочет принять российское гражданство и переехать. Когда такие заявления делают достаточно значимые лица, это интересно. В Европе, особенно во Франции, начинаются определённые изменения. Хороши они или плохи - вопрос другой, но они начинаются. Похоже, время заканчивается не только для Украины и России, но и для Европы. Невозможно слишком долго объяснять своему населению, что вот-вот Россия капитулирует, и тогда всё будет хорошо. Для Франции, Германии, Польши прошло уже слишком много лет. Поэтому там будут изменения. Я не говорю, что они будут для нас позитивными. Приход к власти крайне правых сил в Европе, в той же Германии («Альтернатива для Германии») - неприятный подарок для транснационалов, но нужно иметь в виду, что это традиционные ценности. Я не желаю насмехаться, но нам по 1914-1918 и 1939-1945 годам известно, что такое традиционные ценности Германии. Германия - милитаристская, юнкерская страна, её традиционные ценности - армия, сильнейшая в Европе, и рано или поздно она обращается в сторону России. Не могу не отметить, что сначала это может быть Франция. Но важны тектонические сдвиги. Дело даже не в том, что нынешним европейским элитам слабо доверяет население, это уже никого не интересует. Режимы Франции, Германии, Польши, Голландии, Бельгии назвать демократическими практически невозможно. Похоже, сами элиты, узурпирующие власть, начинают воспринимать ситуацию как нестерпимую для себя. У них выкристаллизовывается позиция: «Мы не справились и не справимся». В этом случае лучше уйти, пока это не стало очевидным всем остальным.
С этой точки зрения тот же Зеленский должен был понять, что не справился в 2023 году. Он мог бы спокойно уйти, его бы не тронули ни на Украине, ни в Европе. Хотя, кажется, уже тогда он зашёл слишком далеко. Если бы он ушёл до конца 2023 года, не тронули бы ни его, ни семью, ни деньги. В тот момент он ещё мог это сделать. Уходить до контрнаступления, естественно, с его точки зрения и с точки зрения любого внешнего наблюдателя было несвоевременно. Но когда контрнаступление провалилось, и стало понятно, что перспектива только одна, можно было уйти. Украина - поле экспериментов. Может ли крайне неудачный политик, доведший страну до войны и национальной катастрофы и давно исчерпавший легитимные возможности нахождения на посту, сохранить власть? Ответ: да, может, мы это видим. Но рано или поздно ситуация рухнет, и тогда возникнет вопрос, казалось бы, решённый политической историей. Помните, политика начинается в тот момент, когда потерпевший поражение деятель не отправляется на эшафот или в Бастилию, а становится оппозицией. Это начало цивилизованного подхода внутри страны и за рубежом. Сейчас этот подход будет ломаться. Эксперимент над Украиной важен для лидеров Европы. Я считаю, что они постепенно переходят к пониманию: продолжать существующую систему нельзя не потому, что она плоха или им не нравится, а потому что риски становятся для них лично неприемлемыми. По Украине они это видят. Я повторю: я не убеждён, что говорю своё мнение, скорее реконструирую позицию российского МИД и генштаба. Но надо иметь в виду, что МИД традиционно чрезвычайно консервативен, мы его критиковали. Если позиция реконструирована верно, то у них есть существенные основания. За последнюю неделю Россия сформулировала цели достаточно жёстко, и хотя и неофициально, заявила, что пойдёт до конца в их достижении, прежде всего в воздухе. С учётом того, что на фоне воздушных ударов происходит значительно менее заметное, но неожиданно большое продвижение на земле, причём на тех направлениях, где продвигаться крайне сложно, а система обороны создавалась много лет и является хорошей, это ничего позитивного для СВО не говорит. Доктрина Дуэ - удары на земле могут сделать для противника невозможным продолжение войны (не воображаемую войну, а реальную. Ты можешь долго говорить: «Я не сдамся, буду сражаться», пока есть кому и чем. С этим начинают возникать проблемы.
Что в этой ситуации может сделать Украина, особенно с учётом крайне несвоевременной смены военного руководства? Надо было делать либо раньше, либо позже, но абсолютно неадекватно это сделано данным летом. Всякая замена командующего во время операции вредна и опасна. Это не мои слова, это высказывание русского полководца (в Бородинской битве). Он говорил: «Если командующий настаивает, я буду подчиняться, но считаю это неправильным временем». Идёт операция, меняют руководство. Руководству нужно время разобраться, либо операция управляется из другого места, но всё равно через эти инстанции, и сбои неизбежны. Стратегии не видно. Что делают украинцы? Самое существенное - не воздушные удары, а постоянно нагнетаемая информация о снятии войск с севера для большого контрнаступления на юге. Ставится задача на Запорожскую АЭС, идут разговоры о выходе к Азовскому морю. Идёт разговор о большом южном наступлении. Со стратегической точки зрения идея правильная, стороны недооценивают значение юга. Но разговоры об этом наступлении я слышу третий месяц. За это время силы с севера сняты, фронт начал если не обрушаться, то поддаваться, потому что для позиционной войны 10 км - значительное продвижение. Выход на 3-5 км, как пишут паблики, к Славянско-Краматорской дуге, я не проверял, но это существенное достижение. Наши ленты распространяют идею об опасности этого наступления. По крайней мере, психологический эффект есть. Это единственное, что Украина сейчас реально делает. Наступление в воздухе, которое неплохо шло в июне, формально продолжается: удары по НПЗ, складам, дронами по многим областям. Мы в Белгороде наблюдали и удары, и воздушные тревоги. Но масштаб не растёт, а падает (я смотрю количество сбитых и обнаруженных объектов), уровень сбиваемости повышается. Мы давно ждём изменения направления. НПЗ продолжают работать, горючее на заправках есть. Удары по складам продолжаются, но по элеваторам, которые давно обещаны, пока нет. Руководящей мысли в этих ударах не видно. Если Россия чётко говорит про доктрину Дуэ, которая сделает невозможным продолжение войны, то Украина отвечает доктриной Дуэ, которая распространит тяготы войны на всё большее число русских. Это не одно и то же. Инициатива и на фронте, и в воздухе, и в политике, и в дипломатии принадлежит России. Единственный вопрос: сможет ли Украина предпринять маленькую, медийную попытку продемонстрировать, что у неё ещё есть ресурсы? Пока у меня сильные сомнения. Удачные окна для ударов пропущены уже не в первый раз. В начале июня мы говорили, что противник временно получил господство в воздухе, но это ненадолго. Сейчас этого господства у него нет. Для Украины наступать сейчас тяжелее и опаснее, чем месяц назад, но операция так и не началась.
Постепенно складывается странное ощущение, близкое к высказыванию Троцкого: «Ни войны, ни мира, а армию распустить». Чтобы прекратить войну, нужна договорённость. Договариваться с Украиной бессмысленно, этим никто заниматься не будет. Доверие между Россией и Западом полностью разорвано. Любые договоры с участием Запада Запад будет воспринимать как необязательные, но что существеннее, Россия тоже будет так воспринимать. Договариваться крайне сложно. Отсюда позиция России: достичь неоспоримой победы, и тогда всё равно, какие будут соглашения, поскольку изменить ничего будет невозможно. Но закончить войну так крайне сложно. Отсюда позиция «ни войны, ни мира, армию распустить» - естественно, украинскую. Ситуация может улучшиться позицией США и Китая. Они остаются договороспособными, несмотря на Анкоридж, с ними ещё можно договариваться. Но, во-первых, США сами погрязли в войне, для них важнее проблема Ормузского пролива. Во-вторых, в интересах ли США и Китая прекращать абсолютно неопасный для них и выматывающий Европу и Россию конфликт? Они могли бы помочь найти вменяемую возможность для переговоров, но нужно ли им это? Мы приходим к ситуации, когда только мысль Запада о выгоде прекращения войны может помочь завершить конфликт. Скорее, мы приходим к мысли, что нужно чёткое понимание: воевать больше нечем, и в какой-то момент не народ, а другие элиты, контрэлиты могут подумать о привлечении к ответственности - не за преступления, а по стандартной политической схеме. Вот в этой ситуации они могут думать о завершении войны. Даже это сложно, потому что им не поверят. Россия сейчас будет добиваться не мира, а невозможности для противника вести войну. Это принципиальное изменение, случившееся за лето и зафиксированное заявлениями последней недели.
Телеграм: t.me/antimaydaninfo
Источник: rutube.ru
