Сергей Переслегин. ЭНЕРГЕТИКА И ВОЙНА. ГЛОБАЛЬНАЯ СТРАТЕГИЯ РОССИИ

 

НОВОРОССИЯ


Донецк, Краматорск, Крым, Луганск, Мариуполь, Новости ДНР, Новости ЛНР, Новости Новороссии, Приднестровье, Ситуация на блокпостах, Славянск, Широкино,

ОПОЛЧЕНИЕ НОВОРОССИИ


Сводки от ополчения Новороссии, Алексей Мозговой, Ополченец Гиви , Ополченец Моторола, Светлодарская дуга, Сводки Басурина,

ЛЮДИ


Адекватные политики запада, Игорь Стрелков,

СОБЫТИЯ


Бои за донецкий аэропорт, Дебальцевский котел, Константиновка, Марьинка, Отставка и арест А. Пургина, Переговоры в Минске, Расстрел автобуса под Волновахой, Стрельба в Мукачево,

ОРГАНИЗАЦИИ


Антимайдан,

УКРАИНА


Геническ, Днепропетровск, Запорожье, Киев, Киевская хунта, Комитет спасения украины, Николаев, Одесса, Подкарпатская русь, Правый сектор, Убийство Бабченко, Украина, УПЦ, Харьков,

ДНР


Горловка
Дебальцево
Ясиноватая

В МИРЕ


Вооруженные конфликты
Новости Белоруссии
Новости мира
Постсоветских пространство
Цветные революции




Война на Украине
 


2026-08-21 19:04


Антимайдан Украина

Поговорим сегодня об энергетике. Прошло совещание по атомной энергетике с участием президента России, и Росатом рассказывал о планах по экспорту АЭС. При Россия и Украина обмениваются значительными ударами, воздействие на энергетическую инфраструктуру Украины сейчас велико. В условиях военных угроз возникает вопрос: что значит атом и лидерство в этой сфере? Человечество хорошо умеет разрушать, поэтому придумать защиту от ударов сложно, кроме, возможно, реактора четвёртого поколения со свинцовым теплоносителем - Бреста, который был бы защищён практически от любых ударов. Но даже если сделать всю энергетику на одном Бресте (а это подземная станция с толстым слоем свинца, защищающим все элементы), всё равно потребуются энергораспределительные сети, которые под землёй не спрячешь. Ядерная энергетика лучше нефтегазовой во многих отношениях, в том числе в отношении военных угроз. Но всегда можно придумать способ разрушить и атомную, и гидростанцию с большими потерями. На Запорожской АЭС, возможно, именно этот тест и ставится. В эти же дни они в очередной раз ищут обрыв линии. Чтобы заставить станцию не работать, не нужно её разрушать - достаточно убрать электроснабжение, и она отключится автоматически по отсутствию энергоснабжения. Поэтому возможны разные варианты.

Вопрос не сводится к военным угрозам и гораздо интереснее. В чём основная ситуация? Сколько бы мы ни говорили о технологических волнах, нужно иметь в виду (это изначально было прописано в модели), что новая волна - это новая энергия, новый подход к энергии, новое представление о том, что является энергоносителем. В конце XV века источниками энергии были вода и ветер, затем дерево, дрова, потом уголь, потом нефть и газ, и наконец атом. Любые технологические инновации и развитие требуют роста энергетики и без него не происходят. Когда мы говорим о мире-технологии Искусственный интеллект (не трогая робототехнику, а именно базы данных, алгоритмы и их движение), даже это требует следующего шага в развитии энергетики. Существующей сейчас энергетики для создания мира-технологии Искусственный интеллект в мире не хватает. В разных местах по-разному, но в целом не хватает, в условиях продолжающихся военных конфликтов - кроме СВО, есть конфликт на Ближнем Востоке, масса конфликтов в Африке, о которых мы стараемся не думать, и как минимум три серьёзных потенциальных конфликта на Дальнем Востоке. В этих условиях производство энергии может и не упасть сильно, но расти точно не сможет, потому что нефть и газ будут дорожать из-за Ормузского пролива, а ядерная энергетика - из-за повышения рисков разрушения станций, а точнее из-за необходимости их защиты. По вопросу защиты - не буду говорить, что союзники по антигитлеровской коалиции во Вторую мировую создали эскадрильи бомбардировщиков, называвшихся «разрушители дамб», и уже тогда были заряды, способные разрушать плотины ГЭС. Сейчас это тем более есть. Кроме того, кроме генерирующих мощностей и энергоносителей, есть распределительные сети, которые гораздо уязвимее.

Мы сталкиваемся с ситуацией: для создания нового мира-технологии нужно удвоение производства электроэнергии (или утроение, по мнению некоторых). Даже если удвоение завышено (что вряд ли, скорее занижено), нужно много. Непонятно, как это сделать в таких условиях. Тогда мы начинаем рассматривать нынешние военные конфликты как борьбу за энергию. Это интересно, потому что обычно говорят о борьбе за редкоземельные элементы, конфликтные минералы, необходимые для следующей фазы, но, возможно, это примитивная борьба за энергию. Слово «примитивное» - в хорошем смысле, потому что основа любой технологической пирамиды проста и примитивна - это энергия. В этих условиях АЭС становятся сложнее и должны предусматривать защиту в формате ЧВК или других средств, а также искусственный интеллект и развитие территории. Когда я работал в Росатоме (это было давно), у нас был большой спор с руганью. Я говорил, что ерунда - требовать, чтобы купол станции был рассчитан на попадание самолёта, списывая с американцев. Они имели в виду частные самолёты типа Cessna, которые могут случайно упасть, и купол должен это выдержать. В России же Cessna не летают - летают широкофюзеляжные. Можно ли представить купол, который выдержит попадание широкофюзеляжного самолёта или, скажем, ракеты «Томагавк» с боеголовкой 400-500 кг, или ракеты «Искандер»? Смешно думать, что это можно сделать. Мы тогда говорили, что нужно защищать станцию не бетоном (делая её безумно дорогой), а с помощью ЗРК и частных военных компаний. Защита станции - это защита её неба. Сейчас постепенно все к этому приходят. Важный момент: мы в июне столкнулись с серьёзными ударами, которые продолжаются (недавний удар по Нефтекамску). За прошедшие два месяца удалось решить две задачи: первая - довольно быстрое восстановление станций даже после пожаров и разрушений; вторая - сбивается 99,7% беспилотников, приближающихся к генерирующим мощностям; 100% сбить не удаётся, но представьте, что по заводу в Нефтекамске попало бы не 2-3, а 20-30 беспилотников - разница очевидна. Я возвращаюсь к теме: современная война - война за энергоносители. Стороны начали это понимать и психологически перешли к серьёзным действиям. Начали украинцы (надо признать). Россия нашла адекватные способы борьбы - не полные, не 100%, но в условиях войны стопроцентного не бывает. В ответ Россия начала воздушное наступление на порты, суда и энергетические мощности. В итоге блэкаутов становится всё больше. К осени Украина, вероятно, не сможет защитить ни небо, ни энергетику (генерирующие мощности, запасы ГСМ, распределительные сети).

Это важно для текущей войны и производства беспилотников, но всё это второстепенно. Предположим, завтра война заканчивается. В каком положении окажется Украина перед гонкой за искусственный интеллект, а значит, и за энергетику для него? Европа в не лучшем положении. Удары по России уменьшили количество энергетических мощностей, но в России запас был изначально достаточным, и сейчас его будут увеличивать. Совещание в Росатоме именно об этом - не о нехватке энергии, а о том, что в новых условиях будем производить её больше. Принято принципиальное решение: поскольку нефть и газ требуют уязвимых заводов для крекинга и очистки, переходим на производство электроэнергии на АЭС. Нефтяники и газовики пусть занимаются автомобилями и теплом, а электроэнергию будут давать атомные станции. Здесь двойная логика.

Первое - внутренние станции. Россия имеет классический ВВЭР (водо-водяной энергетический реактор) - стандартный реактор, который можно продавать. У нас огромный опыт, отработанные технологии. Но Россия также имеет БН (быстрый натриевый реактор) четвёртого поколения. Мы прошли точку невозврата в создании Бреста (правда, не Брест-1000, а Брест-300). Важно, что через пару лет технология станет рабочей. Если есть безопасный реактор, который даже «Томагавком» не выведешь из строя, то это Брест.

Внешняя сторона - мы готовы строить станции, и Россия удачно пользуется международной ситуацией. По договору о нераспространении ядерного оружия строить АЭС в любой стране можно, но необходим контроль над расщепляющимися материалами. Россия говорит, что все расщепляющиеся материалы будут наши, мы их забираем обратно. Все рады - не будет загрязнения. Но это означает, что через 10 лет 10-15% энергии ряда стран будут зависеть от рубильника, который находится в распоряжении Росатома и России. Это часть российской стратегии в большой войне с Западом. Это уже не просто технологическое лидерство, а экспорт технологической и энергетической независимости. Отличный ход.

Итак, Россия обеспечивает свою энергобезопасность и готова продавать её. С ней пытаются бороться словами «не нужны ваши АЭС», но борьба обречена на неудачу при первых серьёзных проблемах в сфере технологий и ИИ. Сегодня Президент это подчеркнул. Украина, даже если война закончится сейчас, в борьбе за технологии и ИИ может занять одну из последних позиций - не Буркина-Фасо, но того же масштаба, потому что её энергоструктура разрушена. США хотят сделать то же с Ираном. Иран отвечает вежливо: американцы могут убрать их инфраструктуру, но блокада Ормузского и Баб-эль-Мандебского проливов поставит многих в критическое положение. Ответ: мы вам не ответим, но все остальные получат. Это содержание войны. Последний и самый интересный момент - Европа. Европа ставила на зелёную энергетику. Но было понятно, что это не работает. Встаёт вопрос: на что она рассчитывала? У Европы было два расчёта.

Первый: сделаем термояд, это электромобили, бензин не нужен, Россия захлебнётся нефтью. Эксперты говорили, что это будет, физики - что нет. Физики оказались правы.

Второй: победа над Россией и получение её нефти и газа в качестве репараций. Украина зафиксировала объём репараций в самом начале. По транзитивности Украина должна Европе, Россия должна Украине, значит, Россия должна Европе и будет платить дешёвой нефтью и газом. Поэтому война продолжается. Если Европа выигрывает, Россия не сможет создать технологии ИИ, а её нефть и газ пойдут в Европу. Если Россия выигрывает - термояда нет, зелёная энергетика не даёт ничего, нефти и газа не будет, атомная энергетика в Европе слаба, и кроме России предложить её некому. Тогда Европа выпадает из гонки за технологии и ИИ. Когда мы понимаем, что в основе технологий и ИИ лежит энергетика, возникает чёткая тройка: США (новейшие IT-технологии), Китай (IT-технологии, но не все, и достаточно энергии для внутреннего рынка), Россия (некоторые технологии, но очень хорошо с энергией). Из этой гонки выпадает Европа. Не говоря уже о Южной Америке, Ближнем Востоке и даже Индии.

Это меняет картину мира. Мы привыкли говорить о противостоянии США и Китая, но у меня всё больше ощущение на основе энергетики и СВО, что основным противоречием снова, как 50 лет назад, станет США и Россия. Это прогностический вывод без гарантии, скорее интуиция. Последние 20 лет (или 12 лет после 2014 года) мы говорили о конфликте Китай-США. Россия либо младший партнёр (плохо), либо в позиции слабого управляющего (хорошо). Но Китай близок к упущению окна возможностей. Ему нужно было начинать конфликт после инцидента с Пелоси Сейчас ещё есть шанс, но идёт время. Устойчивость Китая (три подряд такта развития - так не бывало) на грани серьёзных проблем, которые заметаются под ковёр. Пока не сменится руководство, шанс конфликта США-Китай велик. Но если сменится, картина вернётся к старой: США против России. Европа просит её не трогать, Китай - смеющаяся обезьяна, наблюдающая за схваткой тигров. Но станет ли он бенефициаром? Тогда он попадёт в ситуацию России 2014 года: либо самостоятельный участник (риск), либо слабейший партнёр (проигрыш), либо управляющая страна (выигрыш, но нужны козыри, чтобы не втянуть в войну). Сейчас в мире идёт тектоническое изменение: Китай на спаде, а не на подъёме. Америка втянулась в длительный конфликт в Иране. Она много теряет, но с энергетической точки зрения Америка обеспечит себя даже без ближневосточной нефти. А вот крах ближневосточных монархий и Европы может быть для неё позитивным, как и кризис Израиля. Отвечая на этот вопрос: мы привыкли видеть борьбу высоких технологий, но пока индустриальная фаза не закончена (а в этой волне она не закончена), в её основе лежит энергия - превращение тепловой в механическую и электрическую. Поэтому война выглядит иначе.

Россия столкнулась с налётами на нефтезаводы и перерабатывающие центры, с гибелью людей и ростом цен на бензоколонках, но научилась справляться, производя много беспилотников и средств борьбы с ними. Представьте налёт из тысячи беспилотников и пары десятков Искандеров на нефтеперерабатывающие центры Германии. При нынешней ПВО (даже с Патриотами) пройдёт половина ракет и более половины дронов. Энергоинфраструктура страны останется в прошлом. Помните доктрину Дуэ для бедных? Это создаёт дополнительные риски. Европейцы это понимают. Они в ситуации, когда прекратить войну - остаться без энергии, продолжать - тоже ведёт к отсутствию энергии (рано или поздно). Как один генерал в 1915 году писал: наступать нечем, обороняться на длинном фронте не можем, значит, нужно заключать мир. Сейчас Европа в том же положении. Наступать не могут, продолжающаяся операция не даёт надежд. Это изменение 2026 года. В 2025 году я бы не рискнул делать выводы о Китае и России.

https://youtu.be/YVb6ZyDxPkk

https://rutube.ru/video/201dc131c9bba850add9d9215a763d60/


Телеграм: t.me/antimaydaninfo

Источник: rutube.ru