Украина разжигает конфликты в Африке с целью дестабилизации ситуации в дружественных России странах, заявил глава МИД РФ Сергей Лавров по итогам переговоров с коллегой из Бурунди Эдуардом Бизиманой.
Как пример наш министр привел ситуацию на востоке Демократической Республики Конго (ДРК), где «зарубежные представители», в том числе с Украины, оказывают поддержку группировке М23 («Движение 23 марта»), противостоящей правительственной армии.
Что Киев забыл в Конго? Хочет навредить России, где можно? Помогает НАТО? Или преследует свои цели? А какие интересы там у нам?
— Помимо двух стран, где вспыхнули всем известные международные конфликты, Ливии и Сирии, военные интересы России, были, прежде всего, в регионе Сахель, где наша ЧВК способствовала приходу к власти правительств, лояльных России и антиколониально, то есть антифранцузски, настроенных, — поясняет военно-политический эксперт Владимир Сапунов.
— Это ЦАР, Мали, Буркина-Фасо и Нигер. Плюс ЧАД, откуда попросили и французские, и американские войска. Они были оттуда полностью выведены в прошлом году. Безопасность промышленных объектов обеспечивали ЧВК — их нанимали местные власти, потому что французы не справлялись с угрозами исламистов и террористов.
Их операция «Бархан», которая началась в 2014 году и была завершена в 2022-м в странах Сахельской пятерки (Мали, Чад, Буркина-Фасо, Мавритания, Нигер), ничего не достигла.
Французские войска там ничего не смогли обеспечить в плане безопасности, они не выходили за пределы баз. А вот «Вагнер» очень хорошо себя зарекомендовал в борьбе с исламистами и террористами. И тогда французы пошли другим путем.
Для них это, конечно, было оскорбительно и унизительно показать бессилие в собственных колониях, которые Париж считал безусловной зоной влияния. Поэтому он так потихоньку начал с исламистами, с которыми должен был бороться, наоборот договариваться против России.
Это и геополитический момент, естественно, плюс полезные ископаемые, потому что Нигер — один из крупнейших в мире источников урана, который французу очень нужен.
Поэтому и пошла борьба уже не против тех, против кого следовало бы, а против России. Это мы сейчас наглядно увидели в Мали, в феврале, в апреле и опять на днях, когда объединились две ранее непримиримые группировки: туареги, которые хотят на севере создать независимое государство, и исламские террористы, присягнувшие в свое время на верность «Аль-Каиде» *.
Неоценимую помощь в борьбе с русскими им оказывают украинские инструкторы: как в проведение диверсионных операций, так и в работе БПЛА, потому что, когда пошли атаки исламистов и туарегов в феврале и апреле, было отмечено, насколько четко организована координация беспилотников. Откуда мятежники могли научиться этому — понятное дело.
После расформирования «Вагнера» в 2023 году его задачи теперь решает «Африканский корпус» Министерства обороны. Это официальная структура. И она взяла на себя функции обеспечения безопасности в тех странах, в которых в свое время «Вагнер» отстаивал интересы России, поддерживал приход к власти лояльных нам правительств. Кроме Сахеля, это Ливия и Судан. Фельдмаршала Хафтара наши поддерживают официально. А в Судане это происходит на полуофициальной основе, и там как раз идёт противостояние с украинцами.
Да, конечно, присутствие откомандированных Киевом спецназовцев и специалистов по беспилотникам в Ливии — это угроза для наших танкеров и даже военных кораблей в Средиземном море, поскольку украинские боевики в Мисрате, Сирте и в аэропорту близ Триполи, соответственно, приехали туда не только для инструктирования, но и для того, чтобы устраивать диверсии против российских судов.
Понятно, что всё это вредительство может быть прекращено только после нашей полной победы и выполнения целей и задач СВО.
Да, помимо инструкторов, Украина туда отправляет и свое оружие. Прежде всего, конечно, это беспилотники, которые видятся наиболее эффективным средством для борьбы с российским корпусом. но также это и перепродажа ПТУРов, ЗРК и тому подобного.
Африка всегда была черным рынком оружия, техники, боеприпасов, и сейчас этим занимается, в том числе Украина, которая стала «черной дырой» для экспорта оружия во все точки мира.
Где идут вооруженные конфликты, там обязательно будут и украинские боевики, диверсанты, оружие. И то, что мы сейчас видим в Демократическом Конго, — это поддержка Киевом террористической деятельности.
— На уровне официальных лиц чаще всего упоминается присутствие российских военных специалистов в Мали, — отмечает директор по аналитическим проектам Агентства политических и экономических коммуникаций Михаил Нейжмаков.
— Но в зоне внимания СМИ неоднократно оказывались и другие направления, где упоминалось присутствие российских военных, как та же ЦАР.
«СП»: Раньше мы говорили, что наш основной предмет экспорта в Африку — безопасность? Как сейчас? Что нам там нужно?
— Собственно, только к сотрудничеству в сфере безопасности взаимодействие России с ближайшими партнерами в Африке, как правило, не сводилось. В зоне интересов Москвы традиционно находились возможности разработки природных ресурсов в таких странах, а там, где возможно, экспорт технологий.
Например, достаточно заметную активность на африканском направлении проявляет «Росатом». Среди государств, с которыми эта госкорпорация стремилась расширить сотрудничество, — Эфиопия, Нигер, Мали, Буркина-Фасо.
«СП»: Киев имеет там свои интересы или обслуживает французских колонизаторов?
— У Киева, безусловно, есть собственные виды на Африку. Владимир Зеленский в сентябре 2025 года называл этот континент как направление для экспорта тех видов вооружений, которых у Украины «в избытке». Сейчас Киев стремится позиционировать себя как центр производства БПЛА и технологий противодействия беспилотникам. И намерен развивать сотрудничество в этой сфере, в том числе, с африканскими странами.
Кроме того, украинская сторона считает Африку, например, одним из перспективных направлений для экспорта своей агропродукции. В целом, Киев стремится расширять сотрудничество и в дальнейшем, создавая для этого необходимую дипломатическую инфраструктуру. Скажем, в мае глава МИД Украины Андрей Сибига упоминал, что за последние годы на этом континенте было открыто 8 новых украинских посольств.
При этом на африканском направлении Киев, насколько можно судить, сотрудничает членами НАТО. Например, по версии Международного французского радио (RFI), представленной в апреле, одним из объектов, где в Ливии размещены украинские военные, является авиабаза в Мисрате, там же дислоцированы подразделения США, Италии, Турции и британский разведывательный центр. О сотрудничестве спецслужб Лондона и Киева на африканском направлении СМИ сообщали еще в 2023 году.
«СП»: Они там давно ошиваются: Мали, Судан, Ливия. В последней уже у них дне-факто есть базы, с которых атакуются наши газовозы. Насколько это критично? И что значит это заявление Лаврова сейчас?
— Киев явно воспринимает нынешний конфликт с Москвой как глобальный, стремясь противодействовать интересам Кремля и российских компаний в тех регионах мира, где они представлены и где при этом может проявлять активность украинская сторона.
При этом вряд ли, конечно, африканское направление рассматривается как решающее.
Российские официальные лица и раньше, конечно, обращали внимание на подобную активность украинских структур. Скажем, официальный представитель МИД РФ Мария Захарова еще в июне 2025 года заявляла, что Украина решила «открыть второй фронт в Африке». Ранее об активности Киева на этом континенте заявлял и сам Лавров. Сейчас глава МИД РФ вновь поднял эту тему.
«СП»: Какие-то действия предпринимать будем? Или, пока не демилитаризируем Украину, справиться с нее выходками по всему миру не представляется возможным?
— При любом исходе нынешнего кризиса вокруг Украины, там будет много людей с опытом участия в боевых действиях, которые востребованы в Африке с учетом наличия на этом континенте «горячих точек».
При сценарии «заморозки» боевых действий вокруг Украины примерно на нынешних позициях Киев так или иначе будет заинтересован расширить рынки сбыта продукции своего ВПК и обеспечить занятость действующих и бывших военнослужащих.
Помимо прочего, активность Киева в Африке — один из способов обеспечения финансирования собственных военных нужд. То есть присутствие украинских спецслужб и военных в Африке при таком сценарии, как минимум, сохранятся.
* «Аль-Каида» решением Верховного суда РФ от 14 февраля 2003 г. признана террористической организацией, ее деятельность на территории России запрещена.
