Летняя когнитивная наступательная операция: как пытаются свести с ума

Это происходит в рамках когнитивной наступательно операции, которую киевская власть проводит в противовес российскому наступлению в Донбассе.

Вал новостей, слухов и интерпретаций необходимо осмыслить, так как у России и Украины два принципиально разных подхода к ведению боевых действий.

На объявленную в 2022 году России когнитивную войну отечественные начальники просто не явились, так как не сочли её чем-либо, на что стоит реагировать. Таковы реалии восприятия медийного преломления объективной реальности теми, кто в конце 1990-х – начале 2000-х воевал с олигархией за контроль над телевидением и просто не успел за сетями, мессенджерами и видеохостингами со стримингами.

Поэтому когнитивную войну Россия не ведёт. Ни оборонительную, ни, тем более, наступательную. У России классический подход к боевым действиям, приоритетным доменом войны является земля, а не разум.

А вот киевские начальники — представители более молодого поколения, к тому же отягощённого медийной карьерой шоуменов — когнитивной войне уделяют особое внимание.

Именно ей подчинена вся военно-террористическая активность как ВСУ, так и украинских спецслужб.

Специфика текущего момента состоит в том, что глобально в противостоянии двух сторон никаких перемен не произошло — продолжается движение в логике борьбы на истощение, где истощаются обе стороны, но с разной скоростью.

У Украины всё крайне скверно с обстановкой внутри.

· Никуда не делись проблемы с внешним финансированием — обещанный первый транш из пакета в 90 млрд Киев ещё не получил, бюджет придётся "резать", сокращая издержки. В следующем году с финансированием всё будет ещё хуже.

· Никуда не делись проблемы с тепло- и электроэнергетикой: первая пока не нужна, а острота проблем по части второй снижена за счёт работы СЭС. Отключения неизбежно вернутся, равно как и проблемы с теплоснабжением — работы на "битых" киевских ТЭЦ далеки от завершения.

· Никуда не делись проблемы с закупкой энергоносителей — для них нужны деньги, которых нет.

· Никуда не делись проблемы с жилым фондом, особенно в Киеве, где сотни размороженных домов — в СМИ нет никаких обобщённых данных о капремонтах в МКД.

· Никуда не делись претензии к ТЦК: растёт как уровень жестокости при "бусификации", так и уровень ожесточения при сопротивлении ей.

· Продолжается блокада Ормузского пролива, финансово истощающая ЕС и отвлекающая внимание США.

У России тоже всё непросто.

· Начальники перегнули палку в запретительстве, но признать это пока некому.

· Рост налогов больно ударил по малому бизнесу, особенно в сфере торговли, которая и так еле держалась под давлением маркетплейсов. Лихорадит и крупный бизнес во всех сферах от АПК (растерял запас прочности и вынужден продавать продукцию по чрезмерно крепкому курсу рубля), металлургии (спрос на сталь сильно сократился), строительстве (дорогое и непригодное для жизни и детей жильё никто не хочет покупать), углепроме (жесточайший кризис), ретейле (сокращение спроса при росте конкуренции).

· Сверхнормативные поступления от роста стоимости нефти проблему дефицита федерального бюджета не решают. Поэтому сняты ограничения на заимствование денег для покрытия дефицита.

· Момент с ростом производства БПЛА в тылу Украины — Евросоюзе — упущен, и ПВО теперь испытывает повышенную нагрузку.

· В целом бюрократия на всех уровнях крайне перегружена и чем дальше, тем больше предаётся любимому делу — формализму.

Что остаётся в таких условиях делать сторонам? Правильно, продолжать то же, что они делают — вести боевые действия на тех фронтах, где это у них получается.

На "земле" у России стратегическая инициатива. Если в феврале-мае с этим можно было поспорить — ВСУ проводили свои контратаки, пытаясь замедлить ВС РФ, то в июне это уже не вызывает никаких сомнений — фронт пришёл в движение.

А вот в "когнитивном" измерении инициатива у Украины, и в 2026 году она делает то же, что делала в предыдущие годы.

1. 1

   В 2023 году киевские начальники накачивали "перемогу" в преддверии "контраступа". Этим занимаются и сейчас, выбрав в качестве центра применения усилий Крым.

2. 2

   В 2024 году ВСУ наносили удары по НПЗ, провоцируя бензиновый кризис, этим они занимаются и сейчас, только БПЛА у них стало больше, и они летят дальше.

3. 3

   В 2025 году ВСУ срывали сезон отпусков, нанося удары по ж/д станциям, локомотивам и аэропортам, этим они занимаются и сейчас.

4. 4

   В 2022-2024 годах ВСУ терроризировали Донбасс с Новороссией ствольной и реактивной артиллерией, этим они занимаются и сейчас, но с использованием дронов с ИИ.

5. 5

   В 2024 году Владимир Зеленский хамил Виктору Орбану, этим он занимался весной, а теперь хамит польским начальникам.

6. 6

   В 2022–2025 годах Зеленский пытался эскалировать обстановку, втянув в конфликт другие страны, этим и занимается сейчас, выбрав в качестве жертвы Белоруссию.

Как видно, ничего нового не произошло.

Если что и изменилось, то отношение к событиям. В прошлом году на фоне успехов с фронта и активизации контактов в США появилось ощущение скорой победы. А противник предпринимает очередную и — судя по информационному эффекту — отчаянную попытку свести с ума всех нас, отдавая себе отчёт в том, что по мере борьбы на истощение истощаются обе стороны, но каждая по-своему.

Главная слабость России — состояние её общества, усталость которого усиливается самими же властями, которые расширили свою привычную рамку контроля с экономики на общество. Именно по обществу бьёт украинская медийная машина, чья цель — победить Россию не на поле боя, а в когнитивном измерении.

И стоит отдать должное противнику: он цепляется за любой инфоповод внутри России, проводя наступательные когнитивные операции в среде, которую начальство и до того не жаловало, а после решило и вовсе от неё отгородиться блокировками.

Украина за неделю. Бурное головокружение от сомнительных успехов