От мишеней ничего не осталось
— Выстрел!
Оглушительный грохот сотрясает утреннюю тишину запорожской степи. Танк, издалека напоминающий вышедшего из леса мифического исполина, задним ходом быстро возвращается в свое логово — окоп для стрельбы, замаскированный так, что и в сотне метровх не разглядишь. Торчащие из «мангала» (наваренные металлические прутья) «восьмидесятки» ветки деревьев сливаются с лесополосой на заднем фоне. Даже здесь, вдали от ЛБС — линии боевого соприкосновения, экипажи не жалеют сил на маскировку.
— Ну, что там было у вас? —доносится в «радейку» голос командира.
— Было-было. Отлично! — отвечаю я. — Правый, а можете еще разок выкатиться, долбануть пару раз? Может, с ходу? Тоже будет круто!
— Сделаем, не вопрос! Только там от мишеней уже ничего не осталось, в чистое поле будем бить.
— Ничего страшного. Минутку, я только точку сменю...
Съемка танковых стрельб, даже здесь, на армейском полигоне, дело не столько сложное, сколько затратное по времени. Длящийся доли секунды момент выхода снаряда из гладкоствольной пушки поймать на камеру не так-то просто даже при записи видео. Проморгал — и у тебя в кадре лишь дымящийся ствол орудия. Поэтому прибегаем к маленькой хитрости: командир боевой машины предупреждает по рации перед выстрелом, мы — подстраиваемся. Вот и сейчас Т-80БВМ эффектно выбрался на холм, сходу запулив на полтора километра 125-мм осколочно-фугасный снаряд.
— Мужики, спасибо всему экипажу! Сейчас еще проезд подсниму...
— Не за что! Это же наша работа, — отвечает мне «Правый».
«Правый», «Медведь», «Кольщик» и «Ласточка»
За что командир танка получил свой позывной — за свое место в боевой машине или за то, что всегда оказывается прав, — выяснить во время коротких блиц-интервью с экипажем я так и не успел. Перед выездом на очередную задачу танкисты выполняли стрельбы с места и в движении по мишеням, имитирующим бронетехнику и огневые точки. Совершенствовали боевое мастерство. И не они одни. Судя по многочисленным гильзам всех возможных калибров, начиная от автоматных 5,45 мм, учения на полигоне 58-й армии не прекращались ни днем, ни ночью.
— А ловко вы прямой наводкой работаете. БТР (бронетранспортер) этот, мишень, с первого выстрела сняли! — смеюсь я, встречая экипаж. — Хотя сейчас такая стрельба — явление редкое. Наверное, с закрытых огневых больше работаете?
— Да, по технике и живой силе сейчас в основном работаем с ЗОП — закрытых огневых позиций. Но в прошлом году еще выходили на прямую наводку, разбирали опорники вэсэушные, — зачехляя остывшую пушку, вспоминает «Правый». Как и положено командиру, в экипаже он самый опытный. Профессиональный военный, первый контракт заключил еще в 2007 году.
— А что за свою боевую машину скажешь?
— Нашу ласточку? Очень хороший, надежный танк, зарекомендовал себя в бою. Да вы у ребят спросите. Я на эту конкретно машину пересел относительно недавно, всего год таким экипажем работаем.
— Да, танчик очень хорош, — вторит командиру наводчик-оператор «Медведь». — Есть с чем сравнивать, потому что я изначально ездил на Т-72А. Наш и маневреннее, и крепче, и намного скоростнее. Здесь стоит современный прицел «Сосна-У» с 12-кратным увеличением, тепловизором, в ночное время можно работать как днем — неоднократно проверяли в деле.
Во время так называемого контрнаступления ВСУ в 2023 году экипаж сумел оценить все достоинства боевой машины. Их «восьмидесятка» неоднократно работала прямой наводкой по различной бронетехнике противника кумулятивными и бронебойно-подкалиберными снарядами, поражая как украинские бронетранспортеры, так и натовские ББМ — боевые бронированные машины. В числе уничтоженных целей — «Козаки», «Страйкеры», БМП разных модификаций и украинский Т-64. Били и управляемой ракетой. По мнению «Медведя», гладкоствольная пушка — более эффективное оружие для стрельбы ПТУРами — противотанковыми управляемыми ракетами, чем любой классический противотанковый ракетный комплекс.
— Однажды поразили цель ракетой на дальности четырех километров. Залетела она точнехонько в подвал разрушенного дома, где укрывался противник. Очень удобно ей управлять с места наводчика.
— Сейчас, я так понимаю, преимущественно за артиллерию работаете с закрытых огневых позиций?
— Да, осколочно-фугасными вскрываем блиндажи «укропов», и когда начинают они спешиваться по посадке, начинаем ее «прочесывать». За счет того, что наш снаряд намного быстрее летит, чем артиллерийский, — там 8-10 секунд, а у нас за 6 секунд он долетает, — они понять ничего не успевают даже: кто работает по ним, откуда...
— За 6 секунд —? это на какую дальность?
— 7-8 километров, так сказать, классическая дальность, на которую работаем.
— А что с живучестью машины? Смотрю, у вас такой «мангал» модный...
— Да, изначально вообще ставили против «Джавелинов» (американский противотанковый ракетный комплекс.— «МК»), а сейчас он эффективно работает против FPV-дронов. Еще делаем «ежики», то есть расплетаем троса, чтобы кумулятивная струя от «морковки» (выстрел РПГ — ручного противотанкового гранатомета. — «МК») не доходила до основной башни.
Выживаемость боевой машины повышена и за счет установки динамической защиты (ДЗ) «Реликт» последнего поколения. Но, судя по целым блокам ДЗ, проверить ее в деле экипажу «Правого» так и не пришлось. Одна из причин — малошумность. Несмотря на свой «самолетный» газотурбинный двигатель, Т-80БВМ остается одним из самых тихих танков в мире.
— Когда едешь к противнику, он тебя вообще практически не слышит, потому что «гусянка» прорезиненная изнутри. Лязга катков нет, едет мягко, из-за этого и не слышно, — объясняет наводчик. — Да вы у нашего «Кольщика» спросите за это. Когда мы в прошлом голу крайний раз опорник вэсэушников разбирали, он нас вывез так, что даже ничего в ответ не прилетело.
«Кольщик», как нетрудно догадаться, — механик-водитель танка. Как и «Медведь» — из мобилизованных. В прошлом году парни заключили контракт. На СВО же в составе экипажа работают с 2022 года. В 2023-м с «семьдесят двойки» пересели на новенький Т-80БВМ.
Приоритетная цель
— «Кольщик», расскажи, что там за история у вас была год назад? Как вообще получилось на прямую наводку выехать, несмотря на обилие «птиц» ВСУ?
— Ну, тут и планирование, и опыт нашего командира, и не без удачи, конечно, — улыбается парень в затонированных под светом солнца очках. — Были четкие разведданные, и «птичка» нас вела. По «серому» (в сумерках) тихонечко выкатились из лесополки и подкатились к опорнику где-то на километр, если не ближе. Тут как получается: когда танк прямо на тебя едет, его и не слышно совсем, это особенность ГТД — газотурбинного двигателя, которым оснащен Т-80. Только когда ты позади него, слышен рев движка. Мы выкатились, быстро отработали: разобрали в хлам этот опорный пункт меньше чем за минуту. Развернулись, по газам — и обратно. Они, конечно, опомнились, но было уже поздно! — смеется мехвод.
— Что, даже эфпивишками не пробовали догнать?
— Не успели, думаю. Они когда «Мавик» подняли, нас уже, считай, и след простыл. Пытались там какой-то артой достать, но было поздно. Очень шустрый танк! — поглаживает броню родной «восьмидесятки» «Кольщик».
Т-80БВМ по праву считается одним из самых быстрых и маневренных танков в мире и единственным, на котором установлен газотурбинный двигатель. По бездорожью этот 48-тонный монстр едет на скорости 60 км/ч, на 40 км/ч входит в повороты, а на шоссе может развить скорость до сотни. Кроме того, ГТД позволяет быстро передвигаться задним ходом, что особенно важно в случаях, когда нужно нанести удар и быстро отойти в укрытие. А еще танк «с полпинка» заводится в любой мороз, и в отличие от своих собратьев не нуждается в прогреве.
— Мы хоть и работаем сейчас за артиллерию, но выезжаем на позиции недалеко от ЛБС. Там, где могут достать и «эфпивишками». На нас охотятся, так что приходится все время маневрировать. То есть после того, как отработали с «закрытки», — закрытой огневой позиции, там не засиживаемся. И, слава богу, ни разу не доставали, — вспоминает мехвод.
Обилие вражеских беспилотников в небе подтверждает и командир танка. По его словам, за последние месяцы интенсивность работы расчётов дронов противника существенно возросла. Особенно в части применения дронов-камикадзе. Поэтому умение первым же выстрелом поразить цель на значительном расстоянии стало важнейшим аспектом в боевой работе экипажей. Впрочем, танкисты никогда не работают одни.
— Это целая система: взаимодействие и с пехотой, и с артиллерией, и с разведкой, и с саперными подразделениями, и, конечно, с расчётами беспилотников. Также средства радиоэлектронной борьбы (РЭБ) активно применяем. Это очень удобно, когда ты знаешь, куда ты едешь, где твой противник. Меньше внимания на небо, и меньше времени тратишь на выполнение задачи, — объясняет мне командир Т-80БВМ.
— «Правый», а какая крайняя цель была, по чему работали?
— Да недели две назад по пункту управления дронами работали на дальность 8600 метров. Разведка наша вычислила, как они вылазят, запускают «птички» и обратно в блиндаж свой прячутся. Координаты нам дали, и всё: поехали, отработали, уничтожили.
Вражеские пункты управления дронами сейчас — самая приоритетная цель для танковых экипажей. На Ореховском направлении противник массово использует дроны всех типов, нанося удары не только по военным, но и мирным жителям. Страдает инфраструктура региона, и в первую очередь энергетическая.
— Каждый такой уничтоженный пункт управления — это очень много сохраненных жизней. Как мирного населения Запорожской области, так и личного состава. Ведь только это затрудняет продвижение нашей пехоты, — уже прощаясь, говорит «Правый». — Но мы не сомневаемся, что выполним все боевые задачи, и победа вскоре будет за нами!