Ссылки на предыдущие части в комментариях
Мы с вами добрались до части, где наш герой перестаёт быть просто турецким политиком и становится игроком на мировой шахматной доске. Причём игроком, который двигает фигуры сразу во все стороны, часто ломая правила и действуя на нервы партнёрам. Внешняя политика Эрдогана — это гремучая смесь османского реваншизма, жёсткого прагматизма и личной харизмы. Давайте разбираться, как «новый Султан» строит свою империю за пределами Турции.
В основе этой политики лежит концепция, придуманная не самим Эрдоганом, но взятая им на вооружение. Называется она «Стратегическая глубина» (Stratejik Derinlik). Автор — Ахмет Давутоглу, профессор-международник, который при Эрдогане успел побыть и главой МИДа, и премьер-министром. Суть проста: Турция — не мост между Востоком и Западом, как говорили раньше. Турция — центр. Центр собственного геополитического пространства. И она должна активно влиять на все регионы, которые когда-то входили в Османскую империю: Балканы, Ближний Восток, Кавказ, Северная Африка.
Эту доктрину тут же окрестили неоосманизмом. Эрдоган от этого термина открещивается, но его действия говорят сами за себя. Анкара начала планомерно возвращаться туда, где когда-то развевался османский флаг. И это возвращение далеко не всегда было мирным.
Самый наглядный пример — Сирия. Начиналось всё в 2011 году вполне благостно. Эрдоган дружил с Асадом, они вместе отдыхали семьями на курортах. Но когда в Сирии началась гражданская война, Эрдоган резко сменил риторику: «Асад — тиран, убивающий свой народ, он должен уйти!» Турция открыла границы для беженцев (сейчас их на её территории более 3,5 миллионов, и они стали серьёзной проблемой), поддержала оппозиционные силы и начала военные операции на севере Сирии. Формально — против курдских отрядов, которые Анкара считает террористами. Фактически — чтобы создать там буферную зону своего контроля, выдавливая курдов и формируя протурецкие анклавы. И это у него получилось.
Дальше — Ливия. Там у Эрдогана совершенно конкретный интерес: газ и геополитическое влияние. В 2019 году он заключил с признанным ООН правительством в Триполи соглашение о разграничении морских зон, которое «отрезало» кусок Средиземного моря в пользу Турции. Греция и Кипр были в бешенстве, но турецкие буровые суда уже вышли на шельф. А когда ливийскому правительству стала угрожать армия генерала Хафтара (которого поддерживали Россия, Франция, Египет и ОАЭ), Эрдоган просто отправил в Триполи военную технику, ЧВК и своих советников. Война затянулась, но Анкара сохранила своё влияние, обеспечив себе плацдарм в Северной Африке и доступ к ресурсам.
Карабахский конфликт 2020 года — ещё один яркий эпизод демонстрации силы. Турция однозначно встала на сторону Азербайджана, причём не только дипломатически. Поставки беспилотников «Байрактар» и турецких военных инструкторов, которые буквально перемололи армянскую ПВО, стали решающим фактором той войны. Эрдоган показал, что он не просто «игрок», а тот, кто может обеспечить победу своему союзнику.
Но самые захватывающие кульбиты турецкий султан выделывает в отношениях с большими парнями. С Россией — это вообще отдельный сериал. Пик кризиса — ноябрь 2015 года, когда турецкий F-16 сбил российский Су-24 на сирийской границе. Казалось, война неизбежна. Москва ввела жёсткие санкции, риторика была на грани. Но Эрдоган, парень из Касымпаши, умеет не только бить, но и кланяться, когда надо. Через несколько месяцев он принёс извинения (пусть и сформулированные весьма витиевато), и отношения начали стремительно восстанавливаться.
Дальше — больше. Турция покупает у России зенитные комплексы С-400. Это вызывает шок в НАТО: как союзник может покупать оружие у потенциального противника? Американцы исключают Турцию из программы истребителей F-35, вводят санкции. А Эрдоган как ни в чём не бывало договаривается с Путиным о строительстве атомной станции «Аккую», о газопроводе «Турецкий поток» и вообще ведёт себя как лучший друг Кремля.
В 2022 году именно в Стамбуле при посредничестве Эрдогана была заключена «зерновая сделка» — единственное крупное дипломатическое соглашение между Россией и Украиной. Турция стала незаменимым посредником, главным хабом, через который идёт и российский газ в Европу, и украинское зерно в Африку. Все ругают санкции, а Турция просто зарабатывает на этом. Прагматизм чистой воды.
Но и с Западом он умудряется торговаться до последнего. Когда Швеция и Финляндия после начала российской спецоперации решили вступить в НАТО, Эрдоган наложил вето. «Вы укрываете курдских террористов, — заявил он. — Пока не выдадите их нам и не снимете эмбарго на поставки оружия — в НАТО не войдёте». Начался долгий и унизительный для скандинавов торг. В итоге Стокгольм и Хельсинки пошли на серьёзные уступки, а Анкара «в нагрузку» получила размороженную сделку по поставкам американских истребителей F-16. И лишь тогда Турция дала добро. Эрдоган в очередной раз показал, что с ним нельзя обращаться как с младшим партнёром.
В итоге что мы видим? Внешняя политика Эрдогана — это политика качелей. Он воюет с курдами, но торгует с их покровителями из США. Он сбивает российский самолёт, а потом покупает у России же системы ПВО. Он требует от Европы денег за сдерживание мигрантов и одновременно сам грозит «открыть шлюзы». Он угрожает Греции войной и тут же садится с ней за стол переговоров.
Эта политика жёсткая, циничная, часто непредсказуемая. Но она работает. Из средней региональной державы Турция превратилась в государство, без которого не решается ни один крупный вопрос в регионе. С Эрдоганом вынуждены считаться и в Вашингтоне, и в Москве, и в Брюсселе, и в Пекине.
Однако у этой медали есть обратная сторона, о которой мы поговорим в следующий раз. Потому что вся эта геополитическая мощь стоит денег. Огромных денег. И пока турецкий султан играет в свои шахамты, экономика страны трещит по швам. Но это — уже другая история.
(Продолжение следует...)
Телеграм: t.me/antimaydaninfo
Источник: vk.com
