Гражданская война в США (1861–1865) стала результатом противоречий между Югом и Севером, копившихся десятилетиями. Это был крупнейший вооружённый конфликт в западном мире между окончанием Наполеоновских войн (1815) и началом Первой мировой войны (1914). Существует мнение, что основной причиной войны было разное отношение к рабству: Север якобы выступал как прогрессивный и гуманный, а Юг — как отсталый и консервативный. Однако в действительности причины конфликта гораздо глубже, и разный взгляд на этичность рабовладения — лишь одна из многих предпосылок, причём далеко не самая первая.
Экономические противоречия: тарифы и торговля
Первый серьёзный экономический кризис между Севером и Югом разразился задолго до войны — в 1828–1833 годах. В 1828 году Конгресс США принял тариф, который повысил пошлины на импорт до 50 процентов — крупнейшее повышение в истории страны на тот момент. Северные промышленники, чьи фабрики не могли конкурировать с британскими товарами, активно лоббировали этот закон. Южане, чья экономика зависела от экспорта хлопка и импорта готовых изделий, немедленно окрестили его «Тарифом мерзостей» (Tariff of Abominations). Тариф вынуждал южан покупать промышленные товары у северных производителей по завышенным ценам, тогда как продавать свою продукцию в Европу становилось всё сложнее.
Вице-президент Джон Кэлхун из Южной Каролины сформулировал доктрину нуллификации — право штата отвергать федеральные законы на своей территории. Кульминацией стало принятие Южной Каролиной в ноябре 1832 года «Ордонанса о нуллификации», объявлявшего тарифы недействительными. Президент Эндрю Джексон ответил решительно: он издал «Прокламацию народу Южной Каролины», где предупредил, что «разделение с помощью вооружённой силы есть измена», и добился принятия Конгрессом «Силового билля», разрешавшего использование федеральных войск для сбора пошлин. Одновременно был принят компромиссный тариф, постепенно снижавший пошлины. Южная Каролина отступила, отменив ордонанс, но сама идея права штата на сецессию была сформулирована и осталась в политическом арсенале Юга.
Различия в экономическом развитии Севера и Юга
К 1860 году экономики двух регионов развивались настолько разными путями, что их интересы практически перестали пересекаться. Экономика Севера быстро модернизировалась и диверсифицировалась. Хотя сельское хозяйство (преимущественно небольшие фермы, основанные на свободном труде) оставалось доминирующим сектором, в Северных штатах уже укоренилась индустриализация. Северяне активно инвестировали в транспортную систему — каналы, дороги, пароходы и железные дороги, а также в финансовые институты (банки и страховые компании) и в коммуникационную сеть (дешёвые газеты, журналы, книги и телеграф).
Население Севера составляло около 22 миллионов человек, тогда как на Юге (включая рабов) — около 9 миллионов. Север привлекал множество европейских иммигрантов и быстро урбанизировался: четверть северян жили в городах, тогда как на Юге — лишь каждый десятый. Крупнейший город Юга, Новый Орлеан, насчитывал 168 675 жителей, в то время как в Нью-Йорке проживало более 800 000 человек. На Севере насчитывалось около 1,3 миллиона промышленных рабочих, тогда как на Юге — лишь 110 000. Северные фабрики производили девять десятых всех промышленных товаров в стране. Две трети железных дорог находились на Севере.
Южная экономика, напротив, была основана преимущественно на крупных плантациях, производивших товарные культуры — прежде всего хлопок, а также сахарный тростник и табак, и полностью зависела от рабского труда. Вместо инвестиций в фабрики или железные дороги южане вкладывали деньги в рабов — даже больше, чем в землю. К 1860 году 84 процента капитала, инвестированного в обрабатывающую промышленность, приходилось на свободные (нерабовладельческие) штаты. Тем не менее, для южан это казалось разумным бизнес-решением: цена на хлопок резко выросла в 1850-х годах, и стоимость рабов — которые, в конце концов, были собственностью — возросла пропорционально. По состоянию на 1860 год подушевое богатство белых южан вдвое превышало показатель северян, и три пятых самых богатых людей страны были южанами.
Транспортная сеть Юга была примитивной по северным стандартам. Большинство южных железных дорог служили исключительно для доставки хлопка в порты, откуда его на северных судах отправляли на северные или британские фабрики для переработки. Уровень грамотности на Севере достигал 94 процентов, тогда как на Юге — лишь 54 процента, а 20 процентов всех белых взрослых южан не умели ни читать, ни писать.
Вопрос о рабстве: экономика, а не только мораль
Конфликт относительно рабства действительно имел место, и центральной причиной войны было именно рабство, но его корнем был не столько различный подход к нравственной оценке проблемы, сколько экономические причины. Распространение рабства на новые территории и штаты было проблемой ещё со времен Северо-Западного ордонанса 1784 года. И парадокс здесь в том, что именно Север дал рабству на Юге «новую жизнь».
В начале 1790-х годов рабство, казалось, умирало: импорт рабов сокращался, цены падали, поскольку табак, рис и индиго не приносили достаточного дохода. Конгресс готовился запретить международную работорговлю (что и было сделано в 1808 году), а северные штаты отменили рабство или ввели программы постепенной эмансипации. Затем выпускник Йеля Эли Уитни, гостивший на плантации в Джорджии, изобрёл хлопкоочистительную машину — «коттон джин». Его устройство отделяло волокно от семян в пятьдесят раз быстрее человека, работающего вручную.
Изобретение дало рабству новую жизнь: в 1790 году в США производилась тысяча тонн хлопка в год, а к 1860 году — миллион тонн. Между 1792 и 1794 годами цены на рабов удвоились, а к 1825 году полевой рабочий, стоивший в 1794 году 500 долларов, оценивался уже в 1 500 долларов. Количество рабов в США выросло с 700 000 в 1790 году до 4 миллионов в 1860 году. На Юге сложилось крупное плантационное хозяйство, основанное на выращивании хлопка, сахарного тростника и табака. Эти культуры требовали интенсивного ручного труда в течение всего года, и система рабства оказалась экономически эффективной для плантаторов. На Севере же росло индустриальное производство, где требовались наёмные рабочие, обладающие определёнными навыками. Предприниматели Севера быстро осознали, что гораздо выгоднее нанимать свободных людей для работы на машинах, выплачивая им низкую зарплату, чем круглогодично содержать рабов. Сельское хозяйство Севера (прежде всего выращивание пшеницы и кукурузы) также не требовало постоянной рабочей силы — достаточно было нанимать работников на время посевной и уборки урожая.
В 1850-х годах всё больше северян — движимых как моральными соображениями, так и интересом к защите свободного труда — приходили к убеждению, что рабство должно быть искоренено. Белые южане, напротив, опасались, что ограничение распространения рабства обречёт этот институт на верную гибель. За это десятилетие две стороны стали всё более поляризованными, а политики — всё менее способными сдерживать конфликт с помощью компромиссов.
Политическая борьба: компромиссы и кризисы
На протяжении десятилетий американские политики пытались сдерживать растущие противоречия с помощью серии компромиссов. Когда рабовладельческая территория Миссури подала заявку на получение статуса штата в 1818 году, Конгресс два года дебатировал, прежде чем принять Миссурийский компромисс 1820 года. Он установил границу распространения рабства на новых территориях — 36°30' северной широты.
Окончание американо-мексиканской войны в 1848 году и присоединение примерно 500 000 квадратных миль (1,3 миллиона квадратных километров) новой территории придали спору новую остроту. В 1848 году демократ Дэвид Уилмот предложил «Оговорку Уилмота» (Wilmot Proviso), согласно которой территория, отвоёванная у Мексики, должна быть свободна от рабства. Мера не прошла Конгресс, но объединила большинство южан, увидевших в ней нападение на их общество и конституционные права.
Сенатор Льюис Касс предложил идею «народного суверенитета» — Конгресс не имеет права определять, могут ли территории разрешать рабство, поскольку это не перечисленная в Конституции власть; вместо этого этот вопрос должны решать сами люди, живущие на территориях. Однако между северными и южными демократами возникли разногласия: первые призывали к «суверенитету скваттеров» (решение вопроса при созыве территориального законодательного собрания), вторые настаивали, что вопрос рабства должен решаться при принятии конституции штата. Стивен Дуглас из Иллинойса взял на себя ведущую роль в партии и стал тесно ассоциироваться с народным суверенитетом.
Компромисс 1850 года, предложенный Генри Клеем и проведённый Стивеном Дугласом, временно урегулировал статус территорий, полученных в результате американо-мексиканской войны. Калифорния была принята как свободный штат, Техас получил финансовую компенсацию за потерю западных территорий, работорговля (но не рабство) была отменена в округе Колумбия, был принят Закон о беглых рабах как уступка Югу, а территории Нью-Мексико и Юта должны были определить свой статус (свободный или рабовладельческий) путём народного голосования.
Закон о беглых рабах 1850 года предписывал гражданам всех штатов помогать в поимке и возвращении беглых рабов под угрозой штрафа и/или тюремного заключения. Закон был крайне непопулярен на Севере, вызывая негодование по отношению к южным рабовладельцам.
Акт Канзас-Небраска 1854 года, отменивший Миссурийский компромисс и предоставивший новым территориям право самостоятельно решать вопрос о рабстве (принцип «народного суверенитета»), привёл к «Кровавому Канзасу» (Bleeding Kansas), где сторонники и противники рабства столкнулись в кровавых стычках. Это событие часто называют «генеральной репетицией Гражданской войны».
Решение Верховного суда по делу Дреда Скотта (1857 год) постановило, что чернокожие в Америке не являются гражданами, не имеют прав и поэтому не могут подавать иски. Оно также постановило, что Конгресс не имеет власти запрещать рабство на территориях, ещё не являющихся штатами. Это решение лишь обострило ситуацию.
Публикация романа Гарриет Бичер-Стоу «Хижина дяди Тома» в 1852 году и «Повесть о жизни Фредерика Дугласа» стали бестселлерами, увеличив импульс аболиционистского движения. Восстание Ната Тёрнера (1831 год), самое смертоносное восстание рабов в истории США, привело к более жёстким рабовладельческим законам, которые осуждались северными аболиционистами. Набег аболициониста Джона Брауна на Харперс-Ферри в 1859 году с целью спровоцировать крупномасштабное восстание рабов ещё больше накалил обстановку.
Когда федеральное правительство начало ограничивать распространение рабства на новые территории, южане восприняли это как прямую угрозу своему экономическому укладу и политическому влиянию. Чем больше новых свободных штатов появлялось, тем меньше представителей Юга оказывалось в Конгрессе, где они могли бы защищать интересы плантаторов.
Сецессия и начало войны
Когда Авраам Линкольн, кандидат от явно антирабовладельческой Республиканской партии, победил на президентских выборах 1860 года, семь южных штатов выполнили свою угрозу и вышли из Союза, организовав Конфедеративные Штаты Америки. В хронологическом порядке это были: Южная Каролина (20 декабря 1860 года), Миссисипи (9 января 1861 года), Флорида (10 января 1861 года), Алабама (11 января 1861 года), Джорджия (19 января 1861 года), Луизиана (26 января 1861 года) и Техас (1 февраля и 23 февраля 1861 года).
Линкольн был приведён к присяге 4 марта 1861 года. В ранние утренние часы 12 апреля 1861 года конфедераты открыли огонь по форту Самтер, у входа в гавань Чарльстона, Южная Каролина. Это первое сражение самой кровопролитной войны в истории Соединённых Штатов, как ни странно, не унесло жертв. После 34-часовой бомбардировки майор Роберт Андерсон сдал свой отряд из примерно 85 солдат примерно 5 500 осаждающим конфедератам под командованием П. Г. Т. Борегара. В ответ президент Линкольн призвал 75 000 ополченцев на три месяца службы, объявил морскую блокаду Конфедерации и приостановил действие habeas corpus. В течение нескольких недель ещё четыре штата — Вирджиния, Арканзас, Теннесси и Северная Каролина — вышли из Союза и присоединились к Конфедерации.
Оговорки и нюансы
Важно отметить, что разделительная линия между Севером и Югом не была абсолютной. В составе Союза оставались рабовладельческие пограничные штаты (Border States) — Делавэр, Мэриленд, Кентукки и Миссури, а после 1863 года и Западная Вирджиния. Эти штаты не поддержали «войну Линкольна», но отвергли сецессию. В Делавэре насчитывалось 1 798 рабов при населении 112 212 человек (1,6 процента от общего населения, а владельцев рабов — ещё меньше). В Мэриленде, Кентукки и Миссури рабы составляли менее пятой части населения. В этих штатах существовали соперничающие правительства — просоюзное и проконфедеративное.
Коренные американские нации также были втянуты в войну. Чероки, чокто, крики и семинолы сражались на стороне Конфедерации, надеясь вернуть свои исконные земли. Многие различные нации присоединились к войне в 1861 году на обеих сторонах и сражались до конца.
Более того, сам президент Авраам Линкольн, хотя и считал рабство морально неправильным, не был убеждённым аболиционистом в том смысле, что требовал немедленной отмены рабства повсеместно. В своём знаменитом письме Горацию Грили (1862 год) он писал: «Моя главнейшая цель в этой борьбе — спасти Союз, а не спасти или уничтожить рабство. Если бы я мог спасти Союз, не освобождая ни одного раба, я бы сделал это, и если бы мне для его спасения пришлось освободить всех рабов, я бы тоже сделал это». Эта цитата отражала его конституционную позицию: он считал, что у федерального правительства нет права отменять рабство в существующих штатах, но он последовательно выступал против распространения рабства на новые территории. Лишь в ходе войны, по мере развития событий, вопрос об отмене рабства занял центральное место. Прокламация об освобождении (1863 год) была не только моральным актом, но и стратегическим шагом, лишавшим Юг трудовых ресурсов. К 1864 году Линкольн активно продвигал Тринадцатую поправку, полностью запрещавшую рабство, которая была принята уже после его гибели, в декабре 1865 года.
Итог и последствия
Гражданская война унесла от 600 000 до 700 000 жизней американских солдат. Потери Союза составили около 360 000 военнослужащих, Конфедерации — около 260 000. Это почти столько же солдат, сколько погибло во всех остальных американских войнах вместе взятых. Около 8 процентов всех белых мужчин в возрасте от 13 до 43 лет погибли на войне, включая 6 процентов на Севере и невероятные 18 процентов на Юге.
Война положила конец рабству в Соединённых Штатах, отменённому Тринадцатой поправкой, разрушила плантационную систему и аграрную экономику Юга, ещё больше индустриализировала Север и восстановила единство страны. Конфликт тарифов и торговли, различия в экономическом развитии, борьба за контроль над новыми территориями и, наконец, вопрос о рабстве как экономическом институте — все эти факторы переплелись в тугой узел, который можно было разрубить только войной. Последствия этого противостояния во многом ощущаются в американской жизни и по сей день.
Телеграм: t.me/antimaydaninfo
Источник: vk.com
