К. Уэлкер: Я бы хотела начать с президента Трампа. Он сказал, что планирует каким-то образом захватить Кубу. Он сказал: «Думаю, я могу делать с Кубой всё, что захочу». Вы воспринимаете угрозы Трампа всерьёз?
М. Диас-Канель: Я считаю, что за последнее время не только президент, но и другие должностные лица правительства Соединённых Штатов говорили много вещей, которые действительно подразумевают агрессивную риторику в отношении Кубы.
Идентичность нашей страны глубоко укоренена в ценностях суверенитета и независимости. На протяжении 150 лет Куба боролась сначала за освобождение от колониализма, а затем от неоколониализма. И триумф Кубинской революции искоренил целый ряд зависимостей, устранил порабощение и подчинение иностранной державе, что принесло стране множество благоприятных последствий, от которых кубинский народ не желает отказываться.
Один из самых выдающихся генералов наших войн за независимость, Антонио Масео, сказал: «Кто попытается захватить Кубу, тот лишь соберёт пыль с её земли, пропитанной кровью, если не погибнет в бою».
Мы — страна мира. Мы не поощряем войну, нам не нравится война, мы поддерживаем солидарность и сотрудничество между народами, но мы готовы защищать мир, которого желаем; поэтому нас не запугать, и мы не хотим быть застигнутыми врасплох или побеждёнными. Такова позиция Кубы.
К. Уэлкер: Президент Трамп хочет захватить Кубу, как он это сделал с президентом Мадуро в Венесуэле, и как он это сделал в Иране, где убил верховного лидера. Как вы думаете, вас могут арестовать или убить представители правительства США?
М. Диас-Канель: Это очень интересный вопрос. Мне никогда не нравилось, когда проводят параллели между Кубой и другими странами, потому что у нас своя история, мы действуем в своих собственных условиях, и это также свидетельствует о непонимании нашей истории, силы нашего единства и силы наших институтов.
Те из нас, кто берёт на себя ответственность в рамках Революции, преданы Революции, прежде всего нашему героическому народу. И это чувство ответственности включает в себя убеждение, что мы готовы отдать свои жизни за Революцию, за дело, которое мы защищаем. Поэтому для меня это не проблема.
У нас есть коллективное руководство, характеризующееся сплочённостью, идеологическим единством и революционной дисциплиной. Поэтому отстранение одного человека от руководящей структуры революции ничего не решит. Напротив, есть сотни людей, способных взять на себя эту ответственность и принимать решения коллективно. И мы готовы к любой ситуации.
К. Уэлкер: Как вы считаете, сможет ли кубинская армия добиться успеха в конфронтации с Соединёнными Штатами, если это произойдёт?
М. Диас-Канель: Когда мы говорим об обороне Кубы, мы говорим о наших славных Революционных Вооружённых Силах, но также и о нашем народе, который является частью различных звеньев этой территориальной обороны. Да, мы добьёмся успеха. Нет врага, которого нельзя победить.
К. Уэлкер: Соединённые Штаты заблокировали поставки топлива на Кубу, но Россия возобновила их. Как вы думаете, получили ли россияне разрешение на помощь Кубе? Как это происходило?
М. Диас-Канель: Я считаю, что никогда прежде такое обыденное событие, как торговля между двумя странами, не привлекало столь пристального внимания прессы и общественности в разных частях мира, как прибытие российского танкера с топливом, который прибыл с целью оказания гуманитарной помощи. Другими словами, это не была коммерческая сделка.
Я считаю, что Куба, как и любая другая страна, имеет право импортировать нефть. И все страны также имеют право экспортировать нефть на Кубу. Поэтому эта энергетическая блокада, которая ещё больше усиливает блокаду Кубы со стороны Соединённых Штатов, крайне несправедлива. Другими словами, объявление энергетической блокады против Кубы ещё раз демонстрирует многостороннюю агрессию со стороны правительства США против Кубы.
Российская Федерация смогла отправить это судно в качестве гуманитарной помощи. Соединённые Штаты упорно продолжают энергетическую блокаду, поэтому у нас нет уверенности в том, когда ещё один нефтяной танкер сможет прибыть на Кубу, хотя мы имеем на это право. И это прибывшее судно тоже не должно вселять ложных надежд, хотя это важная помощь в такое сложное время. Мы признаём, что прибывшее топливо покрывает лишь треть ежемесячной потребности Кубы в топливе.
Сейчас нам предстоит переработать сырую нефть, распределить её по всей стране, и значительную её часть мы собираемся направить на неиспользуемые в течение четырёх месяцев мощности по производству электроэнергии, превышающие 1 200 мегаватт. Это позволит нам улучшить ситуацию с электроснабжением, а также поддержать некоторые виды экономической деятельности.
К. Уэлкер: Как долго вы сможете продержаться до прибытия следующей партии нефти из России?
М. Диас-Канель: Это чрезвычайно интересный вопрос, и на него необходимо ответить в очень непростое время. Ни одна страна в мире не может развить процветающую экономику без топлива. Поэтому я говорю, что в этом есть элемент извращения, злобы, когда могущественная держава, играющая роль агрессора, подвергает небольшую страну, которая и без того находится под постоянными атаками, подобной ситуации.
Но мы не бездействовали. К чему мы стремимся? У нас есть всеобъемлющая стратегия и программа по оживлению энергетического сектора страны: во-первых, больше полагаться на отечественную нефть, чем на импорт. У Кубы есть нефтяные месторождения, хотя и недостаточные для удовлетворения всех наших потребностей; но мы можем, и фактически увеличиваем добычу нефти, осваиваем новые месторождения; мы открыты для иностранных инвестиций в бурение и разведку нефтяных скважин. Это могло бы стать возможностью и для американских бизнесменов, но блокада мешает им это сделать. Куба приветствовала бы американские компании, желающие участвовать в энергетическом бизнесе на Кубе, без каких-либо предубеждений.
Кроме того, мы обратились к науке и инновациям. Наши учёные разработали технологии переработки кубинской нефти, которая очень тяжёлая из-за высокого содержания серы. Поэтому, если мы увеличим производство, мы сможем достичь определённого уровня доступности — недостаточного для удовлетворения всех наших потребностей, но определённого уровня доступности, которого у нас сейчас нет, — за счёт продуктов, полученных в результате переработки кубинской нефти.
С другой стороны, мы разработали комплексную стратегию энергетического перехода, предусматривающую более интенсивное использование возобновляемых источников энергии и, конечно же, стратегию повышения энергоэффективности. Всё это в совокупности приведёт нас, или уже ведёт, к иной ситуации. Это всё ещё сложный процесс, требующий времени, но мы сможем пережить этот кризис.
К. Уэлкер: Но что можно сказать о силе кубинского режима в нынешних условиях, когда ему для выживания необходима поддержка России?
М. Диас-Канель: Прежде всего, нам нужны наши собственные люди и наши собственные возможности. Я считаю, что в первую очередь следует отметить изобретательность, с которой наши люди противостояли трудностям, вызванным блокадой, а теперь и энергетической блокадой.
Я всегда описываю отношение нашего народа, которым я безмерно горжусь, потому что он постоянно преподаёт уроки стойкости, демонстрируя созидательную стойкость. Кубинский народ сопротивляется и становится сильнее; он способен к инновациям, к созиданию, и благодаря этому он может преодолевать невзгоды. Поэтому наша сила заключается в нашем народе и в единстве, которое мы разделяем с ним.
Мы приветствуем помощь со стороны России, Китая, Вьетнама, Мексики и других стран. Соединённые Штаты могли бы также занять другую позицию по отношению к Кубе, не основанную на конфронтации, агрессии и блокаде, и также могли бы помочь Кубе.
К. Уэлкер: Президент Трамп говорит, что страна находится на грани краха.
М. Диас-Канель: Это очень любопытно, потому что в отношениях между Кубой и Соединёнными Штатами, особенно во времена напряжённости, многое зависит от медийных нарративов, от конструкций, представляющих собой стереотипы, и даже для мирового общественного мнения они почти навязывают определённые взгляды. И в данном случае это взгляд на крах.
Я бы спросил: какая страна в мире способна, как это сделала Куба, как это сделал кубинский народ, выдержать 67 лет непрерывной агрессии со стороны самой могущественной державы в мире, более 60 лет блокады, последние шесть-семь лет усиленной блокады, а теперь и энергетической блокады, и не рухнуть? Мы не рухнули; мы сохраняем организованность, гармонию в стране.
За 67 лет революции мы добились многих социальных успехов; и хотя нас иногда критикуют за экономические недостатки, нам пришлось столкнуться с военной экономикой, и в условиях этой военной экономики страна смогла выдержать давление и продвинуть социальные проекты. У нас более 32 социальных проектов, направленных на решение проблем уязвимости и неравенства.
У нас универсальная система здравоохранения, предоставляющая бесплатную медицинскую помощь всем гражданам. У нас инклюзивная и бесплатная система образования, от начального до высшего. Мы добились успехов в культуре и спорте; мы являемся одной из стран с самым высоким показателем олимпийских медалей на душу населения. Мы развили наши человеческие ресурсы и располагаем большим количеством квалифицированных рабочих и учёных. Мы способствовали развитию науки и инноваций. Достижения кубинской биофармацевтической промышленности хорошо известны. Мы добились справедливости и равенства.
У нас общество, где царит спокойствие, безопасное общество; общество, которое не терпит коррупции, наркоторговли и организованной преступности; общество, способное проявлять солидарность с другими странами, опираясь на собственные силы. И это нельзя рассматривать как крах.
Мы действительно живём в сложной ситуации; наши люди каждый день сталкиваются с большими трудностями, имеющими национальный масштаб. Но наша страна не рушится.
К. Уэлкер: Давайте поговорим о будущем. Китай и Вьетнам приняли однопартийную систему и внесли в неё изменения. Почему Куба не может сделать то же самое?
М. Диас-Канель: Китай и Вьетнам — это страны, которые строят социализм, как и Куба.
Следует отметить, что Китай и Вьетнам — я подробно изучал их реформы, и мы использовали их в качестве модели для Кубы — также испытали на себе последствия принудительных мер и санкций, введённых США, и подверглись блокаде, хотя она длилась более короткий период, приблизительно десятилетие. Выйдя из этой блокады, они получили все возможности для социалистического строительства. Они провели ряд реформ, и с помощью этих реформ продемонстрировали, что социализм с одной партией во главе является жизнеспособным и достиг значительного экономического, социального и технологического развития. Сегодня Китай является одной из крупнейших мировых держав.
У нас налажен постоянный обмен опытом; мы — страны-побратимы. Наши партии имеют тесные межпартийные связи, и мы постоянно обмениваемся информацией о наших процессах. Однако Куба также обладает своими уникальными особенностями.
Куба — островное государство, расположенное в 90 милях от Соединённых Штатов. Куба находится под постоянным давлением, и блокада не снята — уже более шестидесяти лет, как я уже говорил. Поэтому мы не смогли построить то, о чём мечтали или к чему стремились. У нас много невыполненных задач, потому что блокада этому препятствует, хотя некоторые этого не понимают.
К. Уэлкер: На Кубе до сих пор находятся более 1 200 политических заключенных.
М. Диас-Канель: Это ещё один вопрос, где также присутствуют предрассудки. Говорят о политических заключённых на Кубе. Как вы сами сказали, у нас люди живут в сложной ситуации; не все на Кубе поддерживают Революцию. Есть люди, которые не поддерживают Революцию, которые каждый день различными способами выступают против неё, и их не сажают в тюрьму. Этот созданный ими нарратив, этот образ, что на Кубе каждый, кто выступает против Революции, попадает в тюрьму и становится политическим заключённым, — это ложь, это клевета, направленные на дискредитацию, подрыв, демонизацию и убийство репутации Кубинской революции.
Случается, что люди, испытывающие определённое отвращение или недовольство, подстрекают к актам вандализма или действиям, нарушающим наш конституционный порядок; зачастую они финансируются террористическими организациями, программами американских правительственных учреждений; часто даже по указанию посольства США на Кубе. И этих людей сажают в тюрьму не за демонстрации; их сажают в тюрьму, как и в любой другой стране мира, уважающей свою Конституцию и правовые нормы, за акты вандализма и действия, заслуживающие осуждения в любой точке мира. Уверяю вас, на Кубе нет политических заключённых.
К. Уэлкер: Вы были бы готовы уйти в отставку ради спасения Кубы и кубинского народа?
М. Диас-Канель: Вы, как важный и известный журналист, задавали ли вы этот вопрос какому-либо другому президенту в мире? Вы могли бы спросить об этом Трампа?
К. Уэлкер: Я задаю президенту Трампу очень сложные вопросы.
М. Диас-Канель: Это ваш вопрос, или это вопрос от Государственного департамента или правительства Соединённых Штатов?
К. Уэлкер: Мой вопрос, но это один из вопросов, которые мы слышали от правительства США.
М. Диас-Канель. Во-первых, на Кубе люди, которые управляют государством и несут за него ответственность, не выбираются и не назначаются правительством США. Мы — суверенное, свободное государство. Мы обладаем правом на самоопределение, независимость и не подчиняемся никаким указаниям правительства Соединённых Штатов.
С другой стороны, мы, кубинские лидеры, пришли к власти не потому, что представляем властную элиту. Вы можете узнать о моём происхождении, где я родился, в какой семье, чем я занимался в жизни. Нас избирает народ.
Любой из нас, кто хочет занять ответственную должность, должен быть сначала избран на низовом уровне, в избирательном округе, тысячами кубинцев. А затем депутаты в Национальной ассамблее народной власти избирают высшие должности прямым голосованием, как это происходит и в других странах мира! Наша избирательная система полностью основана на участии населения.
Поэтому, принимая на себя ответственность, мы делаем это не из личных амбиций, не из корпоративных амбиций и даже не из партийной позиции. Мы делаем это по мандату народа, и капитуляция не входит в революционную концепцию.
Если кубинский народ посчитает меня некомпетентным, что я не соответствую их стандартам, что я не представляю их интересы, то именно он должен решить, могу ли я занимать руководящую должность или пост президента.
Кроме того, следует помнить, что руководство страной, руководство Революцией и преемственность Революции не могут быть сосредоточены исключительно в руках одного человека. Здесь у нас коллективное руководство, и это коллективное руководство имеет широкую связь с народом. Но Соединённые Штаты не могут навязать нам перемены, как и не могут требовать их.
Правительство США, проводящее враждебную политику в отношении нашей страны, не имеет морального права что-либо требовать от Кубы. Оно не имеет даже морального права заявлять о сочувствии к положению кубинского народа и обвинять кубинское правительство в том, что оно привело Кубу к этой ситуации, когда оно несёт за это полную ответственность.
Мы должны сосредоточиться на том, что может нас объединить, на том, что может создать пространство для взаимопонимания, и ещё раз, я повторяю, избегать конфронтации и строить будущее для обоих народов на основе взаимовыгодного сотрудничества, отношений, дружбы и солидарности.
Телеграм: t.me/antimaydaninfo
Источник: vk.com
