Аналитики украинского OSINT-проекта «DeepState» сообщили о заметном увеличении темпов продвижения российских вооружённых сил. За ноябрь ВС России освободили территорию почти в два раза превышающую аналогичный показатель сентября текущего года.
В ноябре 2025 года российские войска освободили более 700 кв. км территории в зоне СВО, что стало лучшим показателем за текущий год. С июня 2022 года аналогичный объем освобожденной территории был зафиксирован только в октябре 2024 года, когда освобожденная площадь была объединена с деоккупированной территорией в Курской области.
В настоящее время российские войска действительно демонстрируют активное и результативное продвижение. Помимо освобождения Купянска и окружения Красноармейско-Димитровской агломерации, ВС РФ также значительно продвинулись на стыке Запорожской и Днепропетровской областей. Также фиксируется прорыв наших штурмовиков в Северск, Красный Лиман и Константиновку.
Кроме того, поступают сообщения о начале операций российских войск в районе Доброполья, где ранее противник предпринимал попытки контратаковать. Сюда же можно добавить фактическое освобождение Волчанска и блокирование группировки ВСУ на левом берегу реки Оскол в Харьковской области.
Помимо ситуации на материке, есть изменения и на море. 28 ноября у берегов Турции были атакованы танкеры Kairos и Virat, которые следовали под флагом Гамбии в Россию и не имели груза. 2 декабря стало известно, что танкер Midvolga 2, направлявшийся с подсолнечным маслом из России в Грузию, был атакован примерно в 148 км от турецкого побережья.
В ответ на эти атаки российский президент Владимир Путин заявил, что Россия будет наносить удары по украинским портам и судам, заходящим в эти порты.
«Мы расширим перечень таких ударов по портовым объектам и кораблям, которые заходят в украинские порты», — отметил он.
Кроме того, Путин указал, что в качестве радикальной меры на действия Вооруженных сил Украины в Черном море Москва может «отрезать Украину от моря», чтобы исключить возможность пиратства со стороны Киева. Другими словами, речь идет о непосредственной угрозе Одессе и Николаеву.
Ситуация на фронте развивается стремительно, что также сказывается и на переговорном процессе, где активизировалась американская сторона. Военную обстановку, а также ее влияние на политические решения «Антифашист» обсудил с военным обозревателем «Царьграда» Владом Шлепченко.
— Влад, противник рапортует, что Россия за ноябрь освободила в 2 раза больше территории, чем за сентябрь. Насколько можно говорить о том, что фронт ВСУ «поплыл»?
— Здесь есть очень важный фактор. Даже наши OSINT-еры обратили внимание, что на Запорожском направлении в районе Гуляйполя у противника не наблюдаются механизированные подразделения. Они есть на севере, где пытаются с нами бороться, есть в районе Красноармейско-Димитровской агломерации, Добропольского выступа и так далее.
А на юге у них очень тяжелая ситуация. Здесь противник очень стремительно теряет территории, притом не просто территории, а хорошо укрепленные районы. И здесь у них механизированных подразделений не нашлось. Это говорит о системном истощении, то есть то, о чем мы говорили, и оно и раньше проявлялось, но не в такой степени.
Соответственно, теряя позиции, не имея достаточных ресурсов, не имея механизированных подразделений, они сталкиваются с гигантской проблемой. Их особенность в том, что они мобильные и они мощные. То есть, это возможность перебросить пехоту, броню и огневые средства на то направление, где нужно добиться необходимых результатов. У них с этим сейчас проблемы.
Наше Минобороны сообщило об освобождении 87 населенных пунктов за прошедшую осень. И это тоже не просто так. Это перекликается с тем, что признает противник. При том, что они обычно очень сильно занижают наши продвижения.
Происходит то, о чем вы говорите. Deep State вынужденно признает успехи нашей армии. Тут еще важно то, что у Deep State всегда были «нормативы» на сдачу территорий. И поэтому у них всё время в отчётах замечались удивительные вещи, когда «серая зона» штурмует их позиции, «серая зона» берёт их в окружение.
И потом уже авторы в зависимости от ситуации начинали «отдавать долги». И в этот момент то, что было захвачено «серой зоной», начинают подкрашивать в наш цвет, и всё очень забавно, если смотреть за этой динамикой.
— Что происходит в Красноармейске и Димитрове? BIld говорит об окруженных войсках ВСУ — более тысячи человек. Что это значит для Киева?
— Bild это говорит со слов украинских военных, и как к этому относиться, каждый решает сам. Наши источники с этого направления, которые непосредственно знают ситуацию, дают другую раскладку. По их сведениям, на конец октября — начало ноября в этом котле находилось порядка 5000 украинских военных, к концу ноября их «поголовье» сократилось примерно до 2000 человек.
С учетом того, что время идет, лучше им не становится. Удары объемно-детонирующими бомбами здоровья никому еще не прибавляло.
Можно говорить о том, что где-то так примерно и есть. Опять-таки сейчас начнется процесс сдачи. К тому же то, что они там находятся, это не значит, что они обороняются. Значительная часть из них сидит по подвалам и ждёт, когда их или убьют, или в плен возьмут. Там просто вопрос не о том, что они прям сели в какое-то кольцо и спиной к спине отбиваются от наших штурмовиков.
Нет, это просто территория, которую надо постепенно защищать, занимать и забирать оттуда всех этих сдающихся людей, героев там особо нету. Министерство обороны недавно опубликовало кадры, когда колонна из 20-25 выстроилась, руки на плечи друг к другу положили и бодрым шагом потопали в русский плен, где их никто убивать не будет.
— Комментируя провокации в Черном море, Владимир Путин заявил о том, что Украина может остаться без портов Одессы и Николаева. Как Россия может реализовать эту угрозу и почему до сих пор этого не было сделано?
— Почему Россия не забрала Одессу и все остальное? Потому что первоначальный план Спецоперации провалился. Черноморский флот проиграл битву за Черное море.
Двигаться по суше — сложнее. Приоритеты были расставлены так, что русская армия очень эффективным и очень крутым маршем взяла Херсон, продвинулась до Снигирёвки, сформировала позиции по реке Ингулец и там остановилась.
То есть, даже сил на то, чтобы взять Николаев (а Николаев в первые дни был пустой и отдельные подразделения наших десантников заходили на его окраины), у нас не хватило. Но опять-таки, даже если бы мы и взяли Николаев, дальше там идут четыре лимана, которые преграждают дорогу к Одессе. Как следствие, двигаться вдоль побережья и забирать Одессу посуху — невозможно.
Единственный вариант, если посуху, это брать Запорожье, Кривой Рог, Кировоград и заходить туда из севера и частично с Запада двигаться на юг, отрезая Одессу со стороны континента. Не по побережью, не с моря, а именно с севера, как это было сделано в Великую Отечественную войну. Просто потому, что таковая география. С географией, с топографией, с несущей способностью грунтов, с наличием водных преград никто еще спорить не научился.
Поскольку мы не разгромили еще окончательно Украину, не уничтожили ее армию, то и Одессы в составе России пока нет. Так же, как пока нет Харькова, Чернигова, Киева и целого ряда других, не менее значимых русских городов.
И то, о чем сказал Путин, это стратегическая установка, которую очень важно услышать. особенно людям, которые любят рассуждать про «договорнячки», замирение с Западом и так далее. Этих людей я очень поздравляю — их ждут большие неприятные сюрпризы в ближайший год.
Что касается более близкой перспективы, то есть неприятная и нарастающая активность, гибридные операции, которые противник проводит против нашего торгового флота, когда наносятся удары по кораблям в нейтральных водах. Корабли атакуются уже практически в территориальных водах Турции. Плюс атака на наш корабль, который перевозил подсолнечное масло перевозил и шел в Грузию.
Это всё создаёт основу для того, чтобы мы вплотную занялись украинскими портами и украинским морским трафиком. Дело в том, что до сих пор мы били по портам в достаточно щадящем режиме: наносились удары по складам с БЭКами, уничтожались группы специалистов, наносились удары по разгруженному оружию и так далее, но задачи парализовать украинскую морскую торговлю у нас не было.
Расчёт был очень простой: мы даём им торговать морем, они тоже не выпрыгивают из штанов, чтобы заблокировать нашу морскую торговлю. Для нас Чёрное море, так же, как и Балтика, это, по сути, две форточки, через которые дышит наша экономика. Мы можем экспортировать нашу нефть, нефтепродукты, удобрения, зерно и все остальное.
И, в принципе, это была вполне сбалансированная позиция. Нанести удар противнику можно так, что ответные действия вызовут куда больший ущерб. И если эта цена слишком высока или если мы закроем для себя какие-то возможности, более важные для нас, то, наверное, не стоит проводить такие операции.
А сейчас ситуация меняется. Тут еще вопрос, как это будет масштабироваться? Мы нечто подобное уже видели в ноябре-декабре 2024 года с выходом на январь-февраль 2025 года, когда в Средиземном море один за другим были взорваны танкеры нашего «теневого флота» практически в одно и то же время. Один дрейфовал у берегов Ливии дрейфовал, второй — вблизи Италии, а третий — недалеко от Турции.
Все происходило в Средиземном море. И там везде была очень одна и та же технология — происходил взрыв в районе машинного отделения. То есть так, чтобы не повредить цистерны, но, чтобы кораблю был нанесен максимальный ущерб, чтобы он не мог дальше идти и нуждался в сложном ремонте.
Но если противник разворачивает морскую войну таким образом, это значит, что нам нужно отвечать. Во-первых нужно полностью блокировать Украине ее морской трафик. У нас есть возможности для этого. И морские мины у нас никто не отменял, и подводные лодки на Черном море у нас есть. Их можно выдвинуть с приказом топить любого торговца, который заходит в украинский порт или выходит оттуда. Плюс, опять-таки, удары «Геранями» и «Искандерами» по судам на погрузке и разгрузке. Да, мы можем полностью положить их морскую торговлю.
А с учётом того, что операции противника, совершенно очевидно, проводятся при участии Британии, нужно начинать работать уже по британцам, по британскому торговому флоту, по британской инфраструктуре. До тех пор, пока Британия не умоется кровью и не поймёт, что за свои проделки она получает по зубам, мы будем терпеть вот такие провокации.
— Как ситуация на фронте сказывается на переговорном процессе? На неделе представители США провели встречу, по итогам чего Рубио заявил, что «если стороны окажутся не готовы к миру, никто им мешать не будет». США развязывают России руки для ведения боевых действий?
— По переговорному процессу ситуация забавная. Очень многие люди отмечали, что план из 28 пунктов, который американцы нам передали, он какой-то несуразный. Владимир Путин тоже сказал, что некоторые пункты выглядят смешно. И забавно наблюдать, как огромное количество наших политологов, политтехнологов и так далее кинулись обсуждать: «А что же там за планы?», «Как же так?», «Что же это?».
Меня это все очень сильно забавляет. Вспоминается русская поговорка «сшито, как на мертвеца». Как, например, делают ботинки с картонной подметкой, потому что мертвец в них ходить не будет. Или как пиджак без спины, потому что в нем нужно просто лежать.
Американцы представили свой план. И они почему-то хотят, чтобы этот план был принят. Но то, как он сделан, то, как он проработан, показывает, что это «сшили на мертвеца». Американцам очень важно вести переговоры с Россией, о чём-то договариваться. В Москву прислали даже не кадровых дипломатов, а ближайшее окружение Трампа.
Один из блогеров очень верно подметил, что Трамп вернулся даже не в XIX век в плане дипломатических технологий, а куда-то в более раннее время, когда к другому государю посылали ближайшего подручного купца и какого-нибудь зятя, шурина, князя, доверенного: «поезжайте, перетрите за государственные дела».
То есть, у Трампа есть очень серьезный интерес. Моя рабочая гипотеза состоит в том, что Трамп сейчас в технологическом плане повторяет то, что он делал весной. Когда он точно также унижал Зеленского, требовал срочно подписать сделку по редкоземельным металлам, точно так же вытирал ноги об европейцев по результатам той информационной кампании весны.
Тогда было много очень криков насчёт редкоземельных металлов, и все всерьёз озаботились, где их искать, где месторождения покупать. Но уже сейчас почти никто не вспоминает о редкоземельных металлах, тема рассосалась. Но по итогам той кампании получилось так, что Трамп снял Украину с шеи американского налогоплательщика и пересадил ее на шею Европы.
Европа тратит сейчас миллиарды долларов на закупку старого американского оружия. Логично предположить, что нынешняя кампания, которая была проведена аналогичным способом, — просто калька. Точно так же унижение Зеленского, точно так же вытирание ног об европейцев, точно так же требование до 27 ноября подписать сделку.
Так все же подписали? Нет. Что-то страшное случилось? Опять нет. И мы понимаем, что Трамп снова что-то хочет. Что-то серьезное, что-то важное. Что это может быть? И вот тут мы подходим к моей рабочей гипотезе.
Трамп сейчас создает предпосылки для того, чтобы в ближайшее время отвязать вопрос антироссийских санкций от украинского кейса. Дело в том, что администрацию Трампа Украина не интересует в геополитическом плане. Эксперты-американисты у себя пишут, что по внутренним причинам (в рамках борьбы с Демпартией) через раскручивание коррупционных связей у Трампа есть очень большой мотив.
Я не буду с этим спорить, наверное, так оно и есть. Но если мы смотрим на международные геополитические реалии, то Украина для Соединённых Штатов сейчас уже вопрос десятый в этом приоритете. Для США сейчас ключевой приоритет – это подготовка к столкновению с Китаем, борьба в Тихом океане. Это их реальная зона жизненных интересов.
Соответственно, если они к этому готовятся, то что они должны учитывать? Правильно, фактор российско-китайского сближения. А для того, чтобы его остановить, американцам нужен какой-то козырь. Им нужно что-то предложить русским за то, чтобы Россия прекратила сближение с Китаем.
Самое очевидное – это отмена санкций, потому что в отношении России действуют 29 тысяч санкций, введённых с 2014 года по нынешний момент. Из них порядка 13 тысяч – это персональные санкции против представителей нашей элиты. То есть, это, своего рода, приглашение украинцев к госперевороту, к какому-то бунту на фронте и увеличению недовольства в элитных кругах.
С точки зрения США, это прекрасный рычаг, с помощью которого можно попытаться договориться с русскими. То есть, это разменная монета. Но эту монету нужно сначала забрать из рук «украинского мертвеца». Дискредитация режима Зеленского, опубличивание этого предложения, «сшитого на мертвеца», было сделано для того, чтобы, с одной стороны, убить моральный капитал Украины, который нарабатывался с 2014 года, с другой стороны, чтобы украинцы сами отказались от американских предложений, протоптались по ним.
После чего американцы говорят: «Ребята, мы сделали все, что возможно. Такие прекрасные предложения, такую сделку предложили. Вы сами отказались, вы сами выбрали воевать. Все, у Америки больше перед вами никаких обязательств нет, мы договариваемся с русскими».
Трамп уже сейчас это говорит, такие вещи он начал говорить, и он уже начал переговоры.
— Странно, что на это так мало обращают внимание…
— У нас сейчас вроде бы компетентные люди, которым по должности положено разбираться в таких вещах, обсуждают всякую шелуху. «Что там Рубио сказал?», «Какие бизнес-интересы Уиткоффа» и так далее.
Сейчас вопрос решается намного более принципиальный. Мы выходим на такую комбинацию, когда в 2026-м году мы вполне можем увидеть ситуацию, что Россия продолжает воевать с Украиной и одновременно с этим в максимальной степени реализует свои амбиции, стремления и то, что мы хотели бы получить по результатам этого конфликта. А Соединенные Штаты при этом прекращают обновлять санкции против нас.
Им даже не нужно отменять санкции. Я разговаривал с одним очень компетентным человеком в сфере военно-политического анализа. Он сказал, что практически нет случаев, когда бы американцы отменяли наработанные санкции. Они считают, что это слишком важный инструмент.
Но другая особенность санкций в том, что это — самоосыпающаяся конструкция. Сторона, которая подвергнута санкционному давлению, постоянно ищет способы обойти их, постоянно создаются какие-то новые фирмы-прокладки, организуются какие-то платежи, посредники ищутся и так далее. То есть, санкции-то в принципе, эффективны, они достаточно тяжелый такой аргумент, но они требуют постоянного обновления.
И вот американцам достаточно просто перестать обновлять санкции, и давление на русскую экономику будет снижаться. Как мы это можем увидеть? Потому что такие переговоры, как мы видели даже по визиту Кушнера и Уиткоффа, проходят за закрытыми дверями и стороны отдельно говорят, что-то в духе: «Мы договорились ничего не говорить публично».
Стоит ожидать также, что мы увидим какое-то сближение с США по реакции Китая. Как только Китай начнет занимать более жесткую антироссийскую позицию, как только там появится какая-то критика в адрес России, или же реверансы в сторону Украины (как это было весной текущего года, когда Китай расширил доступ украинского продовольствия на свой рынок), мы можем сказать, что это да, вот это тот маркер. Потому что у Китая, в отличие от нас с вами, есть профильные спецслужбы, есть хорошо поставленная дипломатия, а дипломаты – это, в первую очередь, сбор «чувствительной информации». Китай будет на это реагировать.
Далеко не факт, что Россия согласится на сделку с американцами. Американцы не выглядят фаворитом в этом состязании с Китаем. В этом году они уже проиграли тарифную войну. Китай показал Трампу редкоземельную дубинку, и у него не нашлось, что противопоставить. То есть, далеко не факт, что Россия пойдет на улучшение отношений с Соединёнными Штатами в ущерб сотрудничеству с Китаем.
Но то, что у Соединённых Штатов есть огромный мотив для того, чтобы отвязать антироссийские санкции от украинского кейса и предложить это в качестве разменной монеты, это достаточно очевидно. Так что мы находимся в интересной точке истории, будем наблюдать, как оно будет дальше развиваться и к чему приведет.
