8 ноября в 17:00 по московскому времени (16:00 по Киеву) Международный суд ООН на открытом заседании объявит, входит ли в его юрисдикцию рассмотрение иска от 16 января 2017 года, в котором Украина обвиняет Россию в нарушении Международной конвенции о противодействии финансирования терроризма от 9 декабря 1999 года и Международной конвенции о ликвидации всех форм расовой дискриминации от 21 декабря 1965 года.

В чём суть разбирательства

Как утверждает украинская сторона, Россия «систематически дискриминирует и плохо обращается с крымскими татарами и этническим украинским населением Крыма, продолжая государственную политику стирания культурной самобытности групп, считающихся противниками оккупационного режима; осуществляя давление на образовательные учреждения, в которых ведётся преподавание на крымско-татарском языке; подавляя обучение на украинском языке, необходимом для проживающих в Крыму этнических украинцев».

Претензии также заключаются в том, что российские власти якобы не предотвратили финансирование и поставки оружия ополченцам народных республик Донбасса, а это привело к многочисленным человеческим жертвам, включая пассажиров сбитого в районе села Грабово самолёта MH-17. Киев делает такие заявления, притом что более чем за 5 лет ни одно утверждение о присутствии российских войск в Донбассе не нашло подтверждения, о чём в феврале 2019 года в Совете Безопасности ООН постоянному представителю Украины Владимиру Ельченко лично говорил Эртугрул Алакан, который тогда возглавлял Специальную мониторинговую миссию ОБСЕ на Украине, а виновные в атаке на Boeing 17 июля 2014 года до сих пор не установлены.

На слушаниях в Международном суде ООН с участием обеих сторон, которые проходили с 6 по 9 марта 2017 года, заместитель главы МИД Украины Елена Зеркаль потребовала от суда ввести временные меры: установление Россией должного контроля за своей границей, прекращение перевода с территории РФ денежных средств, перехода военнослужащих из России, поставок оружия, транспортных средств, оборудования группировкам, вовлеченным в акты терроризма против мирного населения Украины.

19 апреля председатель Международного суда ООН Ронни Абраам огласил первое решение по иску — судья частично удовлетворил ходатайство украинской стороны: в соответствии со своими обязательствами по Конвенции о ликвидации расовой дискриминации Россия должна воздержаться от действий, которые могут нарушать право сообщества крымских татар на сохранение своих представительных учреждений, в том числе меджлиса (деятельность которого запрещена в РФ), и обеспечить доступность образования на украинском языке в Крыму. Кроме того, суд призвал Москву и Киев выполнять Минские соглашения. При этом суд заявил об отсутствии необходимости установления обеспечительных мер по части Конвенции о противодействии финансированию терроризма (Киев, в частности, предлагал обязать РФ прекратить переводы денег и средств на территорию ДНР и ЛНР).

12 сентября 2018 года российская сторона выступила с предварительными возражениями относительно юрисдикции Международного суда ООН и приемлемости обращения Украины.

3-7 июня 2019 года прошли слушания, посвящённые этому вопросу, а не дела по существу. Тогда посол по особым поручениям МИД России Дмитрий Лобач подчеркнул, что Киев пытается использовать две конвенции как механизм для рассмотрения более широкого круга вопросов, а искусственный характер судебного разбирательства подтверждается и тем фактом, что оно связано с двумя абсолютно разными ситуациями и представляет собой два разных дела.

«Первая часть относится к развитию ситуации в Донбассе, где Киевом был развязан внутренний вооружённый конфликт между украинскими вооружёнными силами, поддерживаемыми проправительственными волонтёрами, и населением восточной Украины, пытающимся защититься от тех, кто захватил власть в Киеве. Вторая часть касается обвинений в расовой дискриминации в Крыму. Однако нет сомнений, что настоящая цель в данном случае заключается в том, чтобы оспорить воссоединение Крыма с Россией, несмотря на тот факт, что воссоединение произошло на основе свободного и искреннего выбора народа Крыма, сделанного в ходе референдума», — заявил он.

В свою очередь, Зеркаль парировала: «У нас нет скрытого умысла. Мы не пытаемся исказить смысл. Дело касается интерпретации двух международных соглашений: международной конвенции о борьбе с финансированием терроризма и международной конвенции о ликвидации всех форм расовой дискриминации. И точка», призвав отклонить возражения Москвы и перейти к рассмотрению дела по существу.

Возможные исходы

Международный суд ООН — это единственный международный судебный орган универсального характера, разрешающий споры между государствами. Он состоит из 15 судей, избираемых Генеральной Ассамблеей и Советом Безопасности на девятилетний срок.

Если 8 ноября суд признает правоту Москвы, то разбирательство будет прекращено, как было в 2011 году, когда Грузия обвинила Россию в нарушении Международной конвенции о ликвидации всех форм расовой дискриминации.

В таком случае Россия получит неопровержимое доказательство несостоятельности всех обвинений со стороны других стран об «ущемлении прав национальных меньшинств в Крыму» и «агрессии на Украине».

«Россия никогда не нарушала эти конвенции, а Украина не может привести ни одного примера нарушений с российской стороны. Кстати, Россия стояла у истоков разработки конвенции по ликвидации расовой дискриминации, поэтому у нас и в помине не было никакой дискриминации по расовому признаку. Что касается борьбы с терроризмом, Россия всегда боролась и борется с терроризмом. Все это понимают и знают, поэтому иск Киева обречен на провал, — заявил в интервью газете «Известия» в 2017 году член Постоянной палаты международного правосудия ООН, член Постоянной палаты третейского суда в Гааге Камиль Бекяшев.

Если суд встанет на сторону Украины, то будет назначена крайняя дата для подачи контрмеморандума Москвы в ответ на украинский меморандум, направленный 12 июня 2018 года, на подготовку документа представителям РФ предоставят 13 месяцев.

Согласно положениям Статута Международного суда ООН, вынесенные решения окончательны и обжалованию не подлежат. Стороны могут обратиться с просьбой о пересмотре решения, если стали известны обстоятельства, которые могут оказать решающее влияние на исход дела и не были известны ни суду, ни стороне, просящей о пересмотре, при вынесении решения.

Как ранее напомнил в интервью изданию Украина.ру полномочный представитель адвокатской палаты ЕС в РФ Александр Трещёв, в России действует закон, который даёт Конституционному суду РФ право признавать неисполнимыми решения международных судов в случае их противоречия российской Конституции.