Комбат ДНР полковник Сергей Завдовеев: «Тяжело было, но задачу мы выполнили!» Эксклюзивное интервью

 



Война на Украине
 


2018-05-30 08:35


Новости ЛНР сегодня. Последние новости Луганской народной республики 2018, Правый сектор, Бои за донецкий аэропорт. Фото и видео боев в донецком аэропорту, , Антимайдан, Батальон Сомали. Командир ополченец Гиви. Видео новости, Новости Донецка и Макеевки сегодня 2018, Антимайдан Украина, Дебальцево. Новости 2016, Сводки от ополчения Новороссии. Последние сводки с фронтов ДНР и ЛНР, Новости ДНР сегодня. Последние новости Донецкой народной республики 2018

Комбат отряда особого риска «Легион» МЧС ДНР полковник Сергей Завдовеев (позывной «Француз») в эксклюзивном интервью ИА «Антифашист» рассказал об истории создании батальона, в составе которого на данный момент насчитывается более 500 военнослужащих.

- Почему «Француз»? С виду Вы ведь вполне русский…

- Этот позывной придумали мои однополченцы, в частности, Александр Захарченко. В первые дни «Русской весны» я попал в ДонОГА, где познакомился с командирами. Там на каждом этаже был свой командир, свое подразделение, между собой особых коммуникаций не было, потому как каждый пытался тянуть одеяло на себя. Единственным подразделением, которое меня привлекло, был «Оплот». Они располагались на 7-м этаже. Там была дисциплина и грамотный командир, Александр Владимирович Захарченко, который занимался своими бойцами и правильно ставил задачи. Ребята из «Оплота» обеспечивали безопасность и параллельно готовились, тренировались, в общем, была видна сплоченность. Через несколько дней «оплотовцы» меня арестовали, так как был вброс, что я сотрудник СБУ. После проверки командир «Оплота» предложил мне вступить в их ряды, и я согласился.

- Извиняюсь, перебью, а до войны Вы кем были?

- Коммерческим директором предприятия «Унитех», а до этого - замдиректора Макеевского гипермаркета в одном из немецких предприятий. Так вот, они думали, что я сотрудник СБУ, и пытались узнать информацию, кто меня прислал и т.д. Но меня, естественно, никто не посылал! Были провокаторы, которые сказки всякие порассказали… В моем телефоне нашли фото и видео из Франции, на которых я был запечатлен с моими друзьями. Я им объяснил, что это и откуда. Потом им пришло в голову: а вдруг я какой-то НАТОвский засланец? Мне удалось убедить в обратном, и меня приняли в «Оплот», дав вот этот позывной - «Француз».

- А что за фото и видео были в телефоне?

- Фото и видео из иностранного легиона.

- Вы там служили?

- Да. Но эта история имеет свое место… Из 7-го этажа ДонОГА мы перебазировались в здание Донецкого горсовета, где находился тогдашний мэр Донецка Лукьянченко, и полностью взяли здание под контроль.

- Ваша первая боевая операция?

- 26 мая в Донецком аэропорту, куда командир «Востока» пригласил все подразделения, и где кировоградский спецназ должен был сдаться. Но никто и не собирался сдаваться! Нас тогда взяли в окружение, начали бомбить самолетами и вертолетами. По итогу было много раненых и погибших ополченцев. Это была первая военная операция, с которой столкнулся «Оплот».

- Сколько людей было в «Оплоте»?

- В 2014 году в подразделении «Оплот» под руководством Александра Захарченко состояли более 10 тысяч человек. В него тогда входили многие подразделения. После событий 26 мая в Донецком аэропорту мне поручили создать диверсионно-разведывательную группу. Там такая тяжелая история была, интересно?

- Конечно, рассказывайте!

- 26 мая мы заезжали к аэропорту со стороны церкви, расположенной недалеко от Иверского монастыря. То есть, немного не с той стороны, потому что была проблема с коммуникацией. Александр Владимирович и другие командиры подразделений уже зашли в ТЦ «Метро», а мы возились в районе частного сектора возле аэропорта. Я думаю, все ребята, кто был в том кювете, помнят - и казаки, и «востоковцы», и «оплотовцы» - что не было ни одного командира: все они уже по-своему поняли какие-то задачи, а мы не могли с ними связаться, чтобы выяснить, что нам делать? Были постоянные обстрелы с вертолета. И тогда мы с кювета начали занимать места в частном секторе, потому как самолет мог просто отработать «зеленку» - и всё! Пришлось убедить ребят выйти с «зеленки», пересесть в эти дома и занять круговую оборону. Сразу же прилетела «сушка»: есть видео, где она кассетами отрабатывает эту «зеленку». Те бойцы, которые с нами не пошли, все погибли…

- Что у Вас было из оружия?

- У нас были только автоматы, несколько РПГ, ничего ни крупнокалиберного, ни бронетехники… По нам начали работать снайпера, и мы не понимали, откуда они стреляют. Передать состояние, когда на расстоянии 15-ти метров над головой стреляют из вертолета - это нужно прочувствовать…

- Неприятно, мягко говоря…

- Ну да! Вернулся Александр Владимирович и начал всех оставшихся со стороны «Метро» военнослужащих выводить колонами. Мы - я, Захарченко и Тимофеев («Ташкент») выходили последними. Тогда же я со своими ребятами решили забрать нашу машину, которую мы там бросили. Это было глупой ошибкой: когда мы за ней вернулись, оторвавшись от общей колоны, то кировоградский спецназ начал замыкать кольцо вокруг частного сектора. Мы подобрали порядка 8-ми человек раненых, в основном это были «востоковцы». В нашу «SKODA Superb» набилось около 10-ти бойцов! Пытались выезжать ночью, адреналин и страх… Александр Владимирович за нами возвращался. На следующий день говорит, мол, если бы я вас нашел, пристрелил бы! Они группой как раз попали в оцепление…

- И как Вы выбрались?

- Выехали через Путиловский мост. Нас встретил командир 8-й роты. За мостом дорога была перекрыта двумя «КАМАЗами», начиналась пулевая стрельба. Вообще непонятно, что творилось! Нас забрали под мостом и «чигирями» вывезли на Макеевку. Таким образом, мы спаслись из аэропорта... А на следующий день мы уже базировались на телевышке. Я встретился с Александром Владимировичем, который поставил задачу создать свою группу. Итого, я создал ДРГ из 12-ти человек. Мы отправились на границу с Россией в сторону КПП «Мариновка». Участвовали в боевых операциях по освобождению сёл Дмитриевка и Кожевня. Там было жутко. Есть фото и видео сбитых из ПЗРК «сушек», которые отрабатывали Дмитриевку. Кстати, после этого украинские самолеты почему-то пропали. Их нашим ополчением было сбито довольно много.

- В Дмитриевке базировался «Правый сектор» Дмитрия Яроша?

- Да, они называли себя «Черной сотней». У них была база под Ольховкой, недалеко от Ждановки, между двумя терриконами. Потом их большая часть была разбита ребятами Михаила Толстых («Гиви») под Иловайском. После Дмитриевки Александр Захарченко приказал создать взвод порядка 30-ти человек, после чего в августе 2014-го нас перебросили на Шахтерск: этот город тогда был разделен 20-м блокпостом. Мы стояли на кольце, а за территорией этого кольца, за 16-этажкой, - укропы. Тогда, кстати, прямо на кольце танками «Оплота» была разбита 95-я десантная украинская бригада. С другой стороны, правее от кольца, в школе, со своим подразделением стоял командир «Пятнашки» Ахра - «Абхаз». Мы там все познакомились, и с тех пор дружим.

После Шахтерска Александр Владимирович отправил меня и мою группу к «Иловайскому котлу» в Троицко-Харцызск, где мы были совместно с командиром с позывным «Гулит». После выполнения поставленной задачи, мы отправили артиллерию «Гиви» в Иловайск. Также участвовали в боевой операции на Нижней Крынке.

- После «Иловайской операции», судя по военной хронике, Вы были в районе Старобешево?

- Да, нас перебросили на Старобещево. Интересная была операция! Первыми в Старобешево зашли, откинув укропов до Комсомольского, Первая Славянская бригада и Шахтерская дивизия. На тот момент комендантом Старобешево был «Матвей». Находясь в штабе, я услышал о том, что в Старобешево зашел целый батальон укропов, выпущенных «гуманитарной колонной» из-под Иловайска. Тогда им дали возможность вывезти раненых, 5 танков, 8 БТРов и порядка двухсот человек личного состава. «Матвей» попросил помощи, я заехал на 5-ю бригаду, взял два танка с экипажами и одну БМП. Пока мы добрались, из 40 человек комендатуры в Старобешевском РОВД осталось 20 человек: остальные просто разбежались. Мы выдернули полковника, сопровождавшего украинскую «гуманитарную колону», и отправили его на переговоры с командиром украинского батальона, которых хотел захватить поселок. Позже я встретился с командиром их батальона, объяснив, что с нами зашли 400 человек (а на самом деле - 12!), куча танков, техники, «ГРАДы», и предложил сдаться.

- То есть, припугнули?

- Да. И они сдались, отдав нам 5 танков. Мы их отпустили. Они поехали к укропам, стоявшим на Комсомольском. Это по прямой не более двух километров. В этот момент от комбрига 5-й бригады Михаила Тихонова («Тихон», сейчас - генерал-майор, начальник Донецкого Общевойскового высшего училища) привезли еще 5 трофейных экипажей, закрасили белые линии, и выставили все эти танки (плюс наши) с улиц Старобешево в сторону Комсомольского. Чтобы противнику было видно! Те, приехав в Комсомольское, перепугано рассказали, что у нас огромные силы, после чего этот поселок ими был оставлен: туда зашел «Рязань» со своим подразделением. Танки и две «бэхи» мы подарили 5-й бригаде. Таким образом, совместными усилиями были освобождены Старобешево и Комсомольское - практически без боя.

- Стало быть, в Вашем «полку» снова прибыло?

- Да, после этого мне дали возможность создать роту. Мои ребята были награждены, нам дали возможность собрать больше сил, и мы вошли разведротой в состав 5-й бригады. Меня назначили начальником разведроты. Перед «Дебальцевской операцией» зимой 2015 года нашу разведроту отправили под Николаевку (она находится недалеко от Докучаевска, ближе к Волновахе, сейчас - под контролем Украины). Мы должны были дойти до самых главных позиций и все проверить для наступления. Его не оказалось (не знаю, по каким причинам), но мы задачу выполнили, хотя и попали в окружение… Нас было 12 человек. Там у меня на руках погиб мой родной брат Виталий Зенич, еще одному 20-летнему парню оторвало ногу (он сейчас с протезом служит у нас командиром танка). А брата не спасли: его в печень ранило. Был сильный туман, холод, и мы уже не понимали, в какую сторону идти... Ребята в Докучаевске начали стрелять трассерами в воздух, и мы вышли по трассерам. Неделю от всего отходили, а потом попали в Углегорск. Далее Александр Захарченко приказал нам взять н.п. Логвиново, находящийся на трассе между Дебальцево и Артемовском, чтобы замкнуть «дебальцевский котел». Это - единственная точка, которая могла перекрыть передвижение укропов, ротацию их личного состава и перевозку БК. Также в самом Логвиново размещался их узел связи.

- Получилось?

- Утром 9 февраля 2015 года мы туда зашли, и два дня держались, пока нас не сменили... Честно говоря, эта операция планировалась две недели: туда отправляли многие подразделения, но что-то не получалось. А мы пошли наобум: утром Глава поставил задачу, а ночью надо было взять. Нас было 60 человек. В штабе 3-й бригады Корпуса в Углегорске с меня, конечно, смеялись, мол, куда вы претесь? Ни разведданных, ничего нет! И всего лишь 60 человек?… В общем, они не поддерживали эту инициативу. Мы заняли две высоты, оставив на каждой по 15 человек. Остались 30 человек, один БТР, танк и «бэха». Начальник штаба «Странник» передал мне станцию, по которой мы могли вызывать артиллерию. Это было единственное, что нас могло защитить, потому как людей нам в помощь не дали! Мы попросили, чтобы нам подсветили ракетами, и на эти вспышки залетели в Логвиново, не понимая, что нас там ждет! Но задачу нужно было выполнять…

- Вы там держались два дня, а что было дальше?

- Два дня мы удерживали позиции, потом пришли бойцы Русской Православной Армии и Республиканской гвардии. Танкисты «Черепа» из 3-й Горловской бригады (они раньше у «Беса» служили), которые помогали оборонять Логвиново, дали мне 5 танков. Кстати, часть этих танкистов, сейчас у меня на танках служат. Вот так мы совместно - порядка 12-ти казаков, 30-ти моих людей и 5 экипажей танков два дня удерживали Логвиново, что позволило полностью замкнуть «котел». В процессе этого был убит украинский полковник - замначальника штаба АТО и начальник узла связи: они приехали, решив, что Логвиново еще под их контролем. Не имея абсолютно между собой связи, они не знали, что трасса уже целый день контролируется нами.

- А с чем пришлось столкнуться в самом Дебальцево?

- После этой операции мы вернулись в Углегорск, нам дали два дня отдыха, а потом отправили в Дебальцево. Мы с Главой и другими подразделениями заходили туда вместе со стороны ЛНР. Познакомились там с прекрасным человеком и бойцом - комбатом разведбатальона ЛНР «Греком». Его ребята были очень отважными. Он уже погиб… Мы с ними совместно выполняли боевую задачу. Они прекрасно знали маршрут, потому что мы были, как слепые котята. Отправились освобождать железнодорожный узел, больницу и частный сектор. Каждая улица по принципу зачистки была закреплена за одним из подразделений. Тогда у нас на глазах был ранен Александр Захарченко. К нам должны были на помощь прибыть наши танки, но вместо них приехал танк с двумя белыми полосами… От одного его выстрела у меня двое «двухсотых» и 15 «трехсотых», причем, ребята получили такие тяжелые ранения, что их пришлось хоронить в закрытых гробах…

Тяжело было, но задачу мы выполнили. Дебальцево взято! После больницы Глава поблагодарил за Логвиново и «Дебальцевскую операцию», указом дав мне разрешение создать свой отдельный батальон. И мы его назвали «Легион»…

О деятельности отряда особого риска «Легион» МЧС ДНР - во второй части нашего интервью с комбатом Сергеем Завдовеевым.


Источник: antifashist.com

Загрузка...