Свидетель «Одесской Хатыни» рассказывает о трагических событиях 2 мая 2014 года

 



Война на Украине
 


2017-04-30 19:40


Антимайдан в Одессе

Свидетель «Одесской Хатыни» рассказывает о трагических событиях 2 мая 2014 года в Одессе на Греческой улице и Куликовом поле, анализируя их «по горячим следам». Увы, «по горячим» и в прямом, и в переносном смысле…

Увиденные мною 2 мая трагические события в Одессе описать невозможно. Даже слово “ужас” сюда не подходит. Я словно побывал в аду, где видел мучеников и их мучителей. У меня в руках дрожал фотоаппарат и от бессилия скрипели зубы. Здесь я убедился, что даже звери человечнее этих мерзавцев-“патриотов”. Не знаю, как эти нелюди смогут дальше жить с таким грузом.

Одесская трагедия состоит из двух частей: драки на ул. Греческой, с сакральными жертвами, и ада в Доме профсоюзов на пл. Куликово поле, где погибло 8 (многих из них забивали на смерть после того, как они выпрыгнули из горящего здания) и сгорело заживо 33 человека. Это была, без преувеличения, вторая Хатынь. Символично, что белорусскую деревеньку Хатынь сожгли дотла вместе с её 149 жителями — стариками, женщинами и детьми, — каратели 118-го шуцманшафтбатальона, который был сформирован немецкими фашистами в июне 1942 года в районе г.Киева в основном из полицаев-украинцев, которые "хорошо" зарекомендовали себя в глазах оккупантов участием в массовых расстрелах в печально известном Бабьем Яру.

“Одесскую Хатынь” организовала Киевская фашистская хунта, прислав в наш спокойный и толерантный город таких же головорезов-“заробитчан” из столицы и депрессивных регионов страны (получивших боевое крещение на киевском Майдане), разбавив её отморозками местного “разлива” и прибывшими на футбольный матч болельщиками, большинство из которых ими только назывались.

А теперь обо всём по порядку.

В 15.00 2 мая на Соборной площади (центр Одессы) представители Евромайдана совместно с болельщиками-ультрас (всего порядка 1500 человек), прибывшими на матч “Металлист”-“Черноморец” из Харькова и других городов Украины (Как будто в Киеве не знали, что матч надо было перенести на другую дату или в другой город?) решили организовать митинг, а затем якобы мирный марш до стадиона. На это же время отдельные представители одесского Антимайдана (в количестве 250-300 человек) организовали свой митинг возле памятника погибшим милиционерам на Александровском проспекте, в 500-600 метрах от оппонентов. И те и другие начали собираться в 13.40-14.00. Как видите на фотографии ниже, все было действительно мирно и ничто не предвещало беды. Но так думали лишь простые одесситы и массовка митинга, а не организаторы и главные исполнители карательной операции “Одесская Хатынь”.

Сомнения появились в 14.15, когда группа молодых людей выгрузилась из микроавтобуса Мерседес-Вита, желтого цвета с “очень мирными” битами и направилась к собравшимся у фонтана. Барометр тут же показал на непогоду.

А в 14.30 — 14.40 на Соборке появились хорошо экипированные и вооруженные битами, палками, шлангами и обрезками арматуры более сотни человек с Киевского майдана. Это указало на то, что к мирной акции и маршу “болельщики” подготовились основательно. “Буря! Скоро грянет буря!

Время “Ч” наступило в 15.10-15.15, когда массовка, ультрас и Киевская сотня выстроились вдоль ул.Преображенской угол Греческой для “мирного” марша.

В это же время, со стороны торгового центра “Афина” появились антимайдановцы в количестве 250-300 человек. Я бы назвал их камикадзе. И тут, как по единой команде, и те и другие, с воинствующими призывами, ринулись навстречу друг другу и схватились посредине ул.Греческой (между ул.Преображенской и вице-адмирала Жукова), пока их не разделили военнослужащие внутренних войск и милиция. Вот так началась, я в этом убежден, заранее спланированная спецоперация по ликвидации одесского Антимайдана, которая, видимо, пошла не совсем так, как выписан сценарий.

В ход пошло “оружие пролетариата”, камни, в данном случае — тротуарная плитка, петарды, шумовые гранаты, дымовые шашки и коктейли Молотова, которые профессионально и с азартом готовили болельщицы-девушки студенческого возраста возле знаменитого бара “Гамбринус”, со стороны ул. Дерибасовской (Дiвчата, ще трiшки долийте бензину. А де масло i пiнопласт?). На удивление и то и другое, как видите, было в изобилии. Участок Греческой улицы стал похож на Бородинское поле и был затянут дымом.

(И еще я обратил внимание, как за “полем боя”, с угла ул. Преображенской и Греческой, невозмутимо наблюдал близкий соратник кандидата в мэры г.Одессы Гурвица, председатель Одесской областной организации партии “УДАР”, Андрей Юсов, с которым поздоровался и пошептался известный активист одесского Евромайдана Виталий Устименко, координировавший действия “мирных болельщиков”).

С противоположной стороны применялись камни и петарды. Появились первые пострадавшие, и им — нас к этому уже приучили со времен киевского Майдана, оказался сотрудник ВВ МВД. Вот его ведут к машине.

Он находился на разделительной линии со стороны антимайдановцев и ранение получил от брошенного кем-то из “болельщиков” камня или шумовой гранаты. Со временем с обеих сторон стали звучать и выстрелы. Послышались крики о появившихся раненых и одном убитом. Какое было оружие, я не видел, ибо приходилось смотреть по сторонам, чтобы самому не подставиться под камни или того хуже.

Силы противоборствующих были явно не равны. Тем более, что “болельщики” применили захваченный в пожарной части автомобиль и использовали его в качестве тарана.

Антимайдановцы были окружены со всех сторон и зажаты в центре Греческой улицы. Только благодаря прибывшему подкреплению силовиков удалось избежать больших жертв, в первую очередь среди антимайдановцев. Силовикам удалось сдержать натиск “болельщиков”, что дало возможность антимайдановцам прорваться на ул.Преображенскую и рассеяться по городу.

В 18.20-18.30 основные боевые действия прекратились, но подозреваемых в принадлежности к Антимайдану (а это наличие георгиевской ленточки на одежде) “болельщики” ловили и забивали до полусмерти. С двумя такими случаями мне пришлось столкнуться на той же Соборке. Особенно тяжело было смотреть на зверское избиение мужчины солидного возраста. Его пинали, как футбольный мяч. Он был весь окровавлен и не шевелился. Спасибо одной женщине и двоим мужчинам, которые остановили избиение и вызвали скорую помощь. Только не знаю, прибыла ли она, и остался ли этот одессит жив?

Вот он лежит на дорожке (первое фото ниже)

А это те, кто “прививал” ему чувство патриотизма (второе фото ниже)

В 19.00-19.10 я еще раз обошел места “разогрева” болельщиков и его результаты зафиксировал фотокамерой. Результат был неутешителен. Вот такой я увидел знаменитую Греческую площадь после побоища (третье фото ниже)

А затем уехал на место основных, самых тяжелых и трагических событий в послевоенной истории Одессы,— площадь Куликово поле.

Там я увидел метушню и панику среди присутствовавших здесь одесситов — детей, мужчин и женщин пожилого возраста, в том числе православных верующих, опекавших палатку-часовню. Они наспех сооружали что-то вроде заградительной баррикады из досок и паллет перед входом в здание профсоюзов. Другие стали собирать портреты погибших во время событий в Киеве сотрудников “Беркута”, наивно полагая, что в Доме профсоюзов найдут спасение. Но, к глубокому сожалению, многие нашли там свою смерть. Шедший мне навстречу знакомый одессит Владимир Новицкий (позже сгоревший в здании) сообщил, что на Куликово поле бежит толпа “ультрас” и надо уходить в помещение. Я же порекомендовал ему уходить с площади, а сам отошел в её дальний угол. Затем, со стороны “баррикады”, прозвучали призывы укрыться в здании. Туда, кроме охраны палаточного лагеря, двух депутатов Одесского облсовета (Маркина и Албу) и порядка 15-20 помятых участников бойни на Греческой (всего 45-60 мужчин), побежали и люди пожилого возраста, и даже дети. Полагаю, что в Доме профсоюзов укрылось 150, от силы 200 человек.

Через минут десять, со стороны ж/д вокзала появилась лавина “болельщиков”. Как позже стало известно, они как по команде снялись со стадиона “Черноморец” и, соединившись с участниками “сражения” на Греческой ул., побежали на Куликово поле, где с улюлюканьем набросились на палаточный городок.

И опять же символично. Первое, что они сделали — это уничтожили 13-15 стендов с информацией о 70-летии освобождения Украины от немецко-фашистских и румынских оккупантов (У фашистов другие ценности).

Затем стали крушить и поджигать палатки и символическую аллею, посвященную военнослужащим ВВ и “Беркуту” МВД и закидывать камнями и коктейлями Молотова стоявших за деревянными щитами десяток “сепаратистов”, “диверсантов” и других “враждебных” Украине элементов, вина которых состояла лишь в том, что они выступали против фашизма, добивались справедливости и хотели быть услышанными в Киеве.

Честно говоря, я думал, что на Куликовом поле все закончится только несколькими десятками разбитых лиц и сносом палаточного городка, чего так добивался глава Облгосадминистрации Немировский под предлогом проведения парада 9 мая. Но, увы, я ошибся, и впервые в своей жизни увидел такое, чего и врагу не пожелаю.

Защитники символической баррикады у входа в здание профсоюзов, увидев, что толпа “болельщиков” становится всё агрессивнее и противостояние может привести к жертвам, укрылись в здании. Где-то в 19.30 к “болельщикам” подошли основные, хорошо экипированные и вооруженные бойцы. По окнам здания ударили “коктейлем”, но стекла их выдерживали, и тогда содержимое из разбитых бутылок выливалось на подоконники и там сгорало. Для разрушения стекол “мирные болельщики” применили оружие, после чего броски “коктейлей” стали эффективнее. Приблизительно в 19.40 со стороны ул. Канатной, а затем около 20.10 и со стороны Ж/Д вокзала одни и те же лица вели огонь из помпового ружья и пистолета по окнам дома профсоюзов.

На многих этажах дома профсоюзов уже полыхал огонь. Входная дверь левого крыла здания была взломана и на 1-й этаж ринулась толпа нападавших. Со стороны правого крыла на 2-й этаж, по кондиционерам, также стали проникать нападавшие. С крыши дома в сторону атакующих полетели камни и десятка полтора-два коктейля Молотова. Но это так, для успокоения души или безысходности.

Во время этого кошмара не было ни пожарных, ни сотрудников милиции. Стояла лишь одна машина Скорой помощи. В 20.15 моё сердце не выдержало того, что видели глаза, и я, морально опустошённый, ушел с места побоища. Но и дома, несмотря на принятые лошадиные дозы успокаивающих, сердце не находило покоя. Я не смог сомкнуть глаза до утра.

3 мая, немного отойдя от ночного кошмара, я выехал на место трагедии, где испытал ещё больший шок. Оказалось, что в Доме профсоюзов сгорело 33 несчастных, ни в чём неповинных одессита и их тела еще находились в здании. Правда, теперь они уже были под усиленной охраной морально подавленных и растерянных сотрудников спецподразделения МВД.

Осознав весь этот ужас, я уехал домой изучать свои и переданные мне другими свидетелями этой трагедии фото и видеоматериалы, где вновь переживал её заново с еще большей болью и отвращением. Я задал себе вопрос, что случилось за 23 года независимости с моралью украинцев, что они стали такими равнодушными и жестокими? Почему они так безжалостно, даже с каким-то азартом, словно во время охоты, убивают друг друга? Это же фашизм в самом извращенном виде. И страшно другое — это делали не только юнцы с промытыми мозгами, но и достаточно известные в Одессе “демократы-общественники” зрелого возраста. В частности член политсовета областной организации партии “УДАР”, атаман Черноморского гайдамацкого соединения, глава общественного движения “Комитет обороны “Одессы”, Сергей Гуцалюк. Это он около 19 ч.30 мин. бегал под стенами осажденного и забрасываемого его “собратьями” коктейлем Молотова дома профсоюзов и торопил какого-то Славика: “Славик, Славик, заряди обойму, обойму заряди” (это зафиксировано на видео).

Но окончательно меня сразили кадры, на которых “колченогий ультрас” с палочкой в правой руке и дымовой шашкой военного образца в левой со знанием дела показывал “штурмовикам”, куда им идти и что делать. В последующем оказалось, что это не кто-нибудь, а доверенное лицо кандидата в мэры г.Одессы Гурвица, член Одесской городской избирательной комиссии, Борщенко Юрий. Он же — президент Одесской областной ассоциации работодателей Юга Украины и президент женского клуба "Черноморочка". Что же случилось с человеком преклонного возраста, неужели произошёл сбой генетического кода, и он из человека превратился в нелюдя?

А как мне теперь относиться к бывшему заместителю председателя Одесской облгосадминистрации, ныне руководителю Одесского избирательного штаба кандидата в президенты Порошенко — Алексею Гончаренко, который был в рядах “штурмовиков” и фотографировался на фоне тела погибшего в этом аду? Такое я видел лишь на фотографиях гитлеровских солдат времен Великой отечественной войны.

Еще не остыли тела “российских диверсантов и террористов”, одесситов: фотографа Бежаницкой Кристины,1992 г.р.; поэтов — Гунн Виктора, 1962 г.р. и Негатурова Вадима, 1959 г.р.; 20 летнего Лукаса Игоря; слесаря Щербинины Михаила, 1956 г.р., помогавшему оператору-любителю делать видеосъемку, и этой неизвестной женщины, задушенной шнуром (видимо её приняли за “радистку диверсионной группы” из Москвы или Приднестровья) и многих других, невинно убиенных и сгоревших в этом аду, как тот же Гончаренко вышел в прямой эфир телеканала "Украина" с места трагедии и торжественно доложил Савику Шустеру и всей Украине: "Мы очистили Куликово поле от сепаратистов". И этому варварству рукоплескала студия. Слава богу, не стоя.